— Даже если патрульным недавно разрешили носить оружие, это не значит, что они достаточно хорошо обучены им пользоваться. Звони в «Дельту».

Катрине посмотрела на него. Помедлила. Кивнула.

— Окей. Совещание окончено, новое — после обеда.

Все поднялись, и Скарре, проходя мимо Олега и Харри, победно ухмыльнулся.

— Разум побеждает.

«Полиция штурмовала крепость на рассвете».

Я смотрю на предложение, которое только что написал. В принципе, оно правдиво: солнце собиралось встать, но все ведь уже давно встали и были на работе. В любом случае это был сюрприз, должен признать. Видеть, как две чёрные коробки-машины останавливаются перед воротами и из них выпрыгивают двое одетых в чёрное солдат в полной выкладке. Остальные въехали на территорию нашего кинопарка и разошлись по зданиям парами. Они держали винтовки так, будто это электрогитары, а они сами — рок-звёзды. Наверное, они так себя и чувствуют, — думаю я.

Сразу за ними пришли полицейские машины, целых шесть.

Высокий светловолосый полицейский вышел из той, что остановилась перед студией «A», где Грип, добродушный болван, устроил один из своих вечных перекуров, и встретил блондина так, будто тот был… как лучше сказать? Вокалистом прибывшей группы. Я, конечно, знаю, что они здесь из-за видео с Фелисией, которое только что убрали из сети. Как они установили, что оно имеет отношение к «Фильмпаркен», я не знаю. Но я знаю, что больше пяти миллионов просмотров менее чем за сутки — это безумно много. Это говорит мне, что где-то там есть аудитория, готовая к чему-то новому. К чему-то радикальному. К моей истории.

— Отправлено с этого, — сказала Сана Тарик, указала на компьютер и встала.

Олег и Харри посмотрели на стационарный Mac, стоявший на одном из столов в большом производственном офисе. С момента их прибытия прошло сорок минут, и в комнате на первом этаже Малик Хан и двое сотрудников сетевого патруля проверяли собранные телефоны и компьютеры. Кида Ширер, прежняя руководительница съёмок, а теперь режиссёр, бушевала из-за того, что им пришлось прервать съёмку. Объяснила, что уход Вама настолько задержал съёмки, что сегодня им обязательно надо отснять три сцены с исполнителем главной роли, лётчика-аса Мариуса Эриксена; на следующей неделе он уезжает в Ригу на другую постановку.

— Значит, это твой компьютер, — спросил Харри Полковника, сидевшего на стуле у стены и затылком опиравшегося на киноплакат.

— Верно.

Осветитель снял куртку от спортивного костюма Adidas, и по бицепсам скрещённых рук и грудным мышцам под плотно сидящей футболкой Харри мог заключить, что тот немало тренируется с весами.

— М-м. Кто пользуется компьютером?

— В основном я.

— В основном? Кто ещё?

Полковник Нильс пожал плечами.

— Там у нас световая карта в Vectorworks, так что им пользуются старший помощник осветителя и двое ассистентов. Трое.

Звуки «к» в его речи отстукивали сухую барабанную дробь.

— Значит, только у тебя и этих троих есть пароль к компьютеру?

Нильс покачал головой.

— Только к Vectorworks. У компьютера пароля нет.

— Ты говоришь, что кто-то ещё на площадке мог отправить видео с этого компьютера?

— Нет, — сказал Нильс, и Харри показалось, что он заметил намёк на улыбку. — Я говорю, что это мог сделать кто угодно. Производственный офис открыт круглосуточно, так что отправить его мог не только кто угодно на этой площадке, но, теоретически, любой человек с ключ-картой «Фильмпаркен».

Сана посмотрела на телефон.

— Согласно логу, видео было отправлено с этого компьютера вчера в 19:17.

— Невозможно. Я тогда был здесь, — категорически сказал Нильс и не изменил расслабленной позы.

— Значит, либо это был ты, — сказала Сана, — либо кто-то заранее загрузил видео и поставил его на отложенную отправку. Тогда ты не обязательно должен был что-то заметить.

Нильс нахмурился.

— Вы хотите сказать, что видео с убийством Фелисии находилось на моём компьютере без моего ведома?

— Ну, — сказал Харри, — на это можешь ответить только ты сам. То есть знал ли ты о нём. Сейчас тебя отвезут на допрос, так что на твоём месте я бы позвонил и предупредил, что к ужину не вернёшься. Если понимаешь, о чём я.

Впервые осветитель выглядел обеспокоенным.

— Вы не можете. У нас три сцены, которые…

— Решите как-нибудь, — сказал Харри. — Нужно ведь просто включить несколько ламп, правда?

Харри вышел из офиса и подошёл к грязно-серому окну. Посмотрел вниз на парковку, пока Олег инструктировал полицейского в форме отвезти Нильса и сообщить в отдел убийств, что они выехали.

— Что думаешь? — спросил Олег, когда они спускались по лестнице.

— Я ведь стараюсь ничего не думать, — сказал Харри. — Но наш человек редко ошибается, а это был бы огромный промах. Так что нет, я не думаю, что это немец.

— Немец?

— Adidas, пулемётные согласные и солдатская стрижка?