— Ты сказал, что, по-твоему, он… — Витт посмотрела в свои записи. — «Один там и зол на всё». Можешь уточнить? Есть что-то конкретное или кто-то конкретный, на кого он зол?

Грип покачал головой.

— Как я уже сказал, ненависти к себе в нём было немало. Но если он питал к кому-то личную неприязнь, я этого не замечал. И тем более не замечал, чтобы он ненавидел меня. Тот Тим, которого я увидел, когда он пришёл сюда, — это Тим, которого я никогда раньше не видел и о существовании которого даже не подозревал.

Грип достал из кармана коробочку, открыл её и проглотил две белые таблетки, запив кофе. Харри увидел, как взгляд Грипа затянула пелена.

Джеронимо подошёл, мягко ступая, словно учуял, что хозяину больно, и лизнул Грипа в руку.

— Всего один последний вопрос, прежде чем мы закончим, — сказал Харри. — Тим знал, что у тебя в груди вживлена металлическая пластина?

Грип моргнул.

— Нет.

— Нет? Вы братья, но он этого не знал?

— Он и не знает, что у меня был рак.

Грип печально улыбнулся, погладив Джеронимо.

— В нашей семье такие вещи держат при себе как можно дольше.

— Мм. Знакомо звучит. Ладно, завтра мы свяжемся с тобой, если нам понадобится ещё что-нибудь. Хорошо?

Грип кивнул.

— И запри дверь за нами. И на этот раз никому не открывай.

Грип бледно улыбнулся и снова кивнул.

ГЛАВА 61.

— «И запри за нами дверь», — передразнила Витт, семеня рядом с Харри по льду вниз по подъездной дорожке. — Мог бы сказать бедняге, что мы поставили машину, чтобы за ним присматривать.

— Нет, — сказал Харри и посмотрел на соседнюю виллу. В одном из окон мерцал свет.

— Почему?

Харри указал на соседнюю виллу.

— Из того окна видна входная дверь Грипа. Поэтому Тим Каландер и обошёл дом с другой стороны — не хотел, чтобы его заметили.

— Я спросила…

— Я слышал. Идём.

Она тщетно пыталась поспевать за ним, пока он широкими шагами поднимался по подъездной дорожке соседей. Догнала только на крыльце, когда он уже держал палец на кнопке звонка.

— Никого нет, — сказал он.

— Электричества нет, — сказала она и громко постучала в дверь. — Если тебя нет дома, свечи в гостиной не жгут.

Он одобрительно посмотрел на неё.

— Зачем ты спрашивал, знал ли Тим Каландер о пластине у Грипа в груди? — спросила она.

— Ну. Я думаю, Грипу невероятно повезло. А когда что-то кажется невероятным, я начинаю сомневаться. По словам Черно, Грип был лучшим другом Тима. Может, Тим и не собирался его убивать, ему просто нужен был кто-то, чтобы воссоздать сцену из «Круизинга». Так Грип и попал в его шот-лист.

Дверь открылась. Женщина лет сорока вопросительно посмотрела на них.

— Который был час, когда вы увидели, как этот человек пришёл? — спросил Харри, глядя на супругов, сидевших на диване. Им с Витт достались стулья поближе к теплу дровяной печи.

— Не знаю, мы не пользуемся часами, — сказала женщина.

— В темноте, наверное, было трудно разглядеть, но это мог быть он?

Харри поднял перед ней телефон и показал фотографии, которые прислала Сири Хеймен: одну — с лицом крупным планом, другую — в полный рост.

Женщина отпрянула, и Витт положила руку Харри на предплечье.

— Простите, — сказал Харри и убрал телефон.

— Это был он, — сказала женщина. — Я видела его здесь несколько раз, поэтому узнала по походке. Думаю, он близкий друг семьи. Был. То есть она ведь больше там не живёт. Они развелись, разве нет?

— Но вы не слышали хлопка?

— Нет. Но это, наверное, неудивительно. Я занималась глубокой медитацией, а тогда немного выпадаю из этого мира. Потом поднялась на Грефсен собирать дрова. Вернулась уже поздно.

— Может, уже после того, как здесь побывала полиция?

— Может быть. Я никого не видела. Легла спать. После сбора дров хорошо спится.

— Полиция наверняка звонила в дверь, чтобы узнать, не видели ли вы чего-нибудь. Вам не пришло в голову связаться с полицией, когда вы узнали, что произошло?

— Я не знала, — сказала она. — Пока вы сейчас не рассказали.

— Ничего себе. Как такое возможно…

— Мы не смотрим телевизор, — сказал мужчина, которого женщина представила своим мужем. — Нас нет в интернете. С соседями почти не общаемся. Последний год перестали читать газеты. Семьдесят процентов того, что там пишут, — ложь.

— Мм. — Харри изучал мужа, сидевшего со скрещёнными руками в традиционной норвежской кофте, застёгнутой до самой жиденькой бородёнки. — Значит, вас дома не было?

— Забирал лосятину, — сказал тот. — Осенью мы добыли двух лосей. Брат хранит их у себя.

— В морозилке? — спросил Харри.

Мужчина не ответил, только поднял скрещённые руки выше на груди. По дороге к выходу Харри указал на металлический шкаф в прихожей.

— Оружейный сейф?

— Да, — сказал мужчина.

— Думал, такие держат в подвале.