— Только будь осторожна, — он посмотрел на неё с беспокойством. — Не торопись.

— Я осторожна, разве ты не видишь? — игриво улыбнувшись, Элиза провела кончиком языка по его сильной челюсти, спустилась по шее и по его мускулистой груди, прежде чем захватить между зубами плоский медный диск его соска.

— Ой! — Меррик пожаловался, смеясь, когда она нежно укусила его. — Я думал, тебе нравятся только связывающие фрукты, не знал, что я тоже в меню.

— Но ты в нем есть, — чувствуя себя ещё более смелой, Элиза снова лизнула его сосок, а затем провела языком длинную, щекочущую линию по его груди и рельефному животу.

— Детка? — Меррик говорил неуверенно. — Что ты делаешь?

Элиза посмотрела вверх и взяла в руку его толстый, пульсирующий член, всё ещё скрытый в чёрных шёлковых пижамных штанах.

— Исследую тебя. Пробую тебя так же, как ты пробовал меня.

— Тебе не нужно этого делать, — прошептал он. — Ты знаешь это, малышка.

— Знаю, — она одарила его кошачьей улыбкой и наклонилась, чтобы оставить мягкий, сосущий поцелуй на широкой головке его члена. — Но я хочу.

— Боги! — Меррик запрокинул голову и застонал, когда она исследовала крошечную щель на головке его члена кончиком языка. Появилась солёная капелька предэякулята, и Элиза с удовольствием её слизнула. Вкусно. Она задумалась, действительно ли это поможет ей растянуться, чтобы принять его — всего его. Конечно, сейчас это не имело значения, поскольку у неё были связывающие фрукты. И хотя Меррик хотел действовать медленно и осторожно, она была полна решимости пойти до конца.

Она продолжала лизать его, проводя языком по широкой головке его члена и вниз по толстому, бархатистому стволу. Боже, ей нравилось, насколько мягкой и горячей была его кожа здесь. Как она чувствовала, как он пульсирует в её руке, когда обхватила пальцами его член. Было ли это из-за связывающих фруктов или из-за того, что Элиза так долго хотела сделать это, но ей казалось, что она сбросила все свои страхи и запреты. Впервые в жизни она чувствовала себя совершенно свободной, и это было чудесное, опьяняющее чувство.

Внезапно она больше не могла ждать. Сев, она оседлала его бёдра и посмотрела ему в глаза.

— Меррик, я хочу попробовать.

— Малышка… — В его разноцветных глазах читалась боль. — Я не знаю… не знаю, стоит ли.

— Всё в порядке, — заверила она его. — Клянусь, я не боюсь.

— Сейчас ты не боишься, — пробормотал он мрачно. — Но что, если ты испугаешься позже? Я говорил тебе, Элиза, существует точка невозврата. Я просто не хочу, чтобы ты оказалась в ловушке.

— Я никогда не окажусь в ловушке с тобой, — прошептала она, наклоняясь, чтобы поцеловать его. — Ты заставляешь меня чувствовать себя в безопасности, Меррик. И мне нравится, что ты позволяешь мне быть главной.

Он слегка улыбнулся, показав клыки.

— Да, мне тоже нравится. Хотя очень тяжело просто сидеть и не трогать тебя, когда ты мучаешь меня этими мягкими ручками и горячим ротиком.

— Я собираюсь помучить тебя ещё сильнее. — Элиза села и стянула через голову красную майку, оставшись полностью обнажённой.

Меррик застонал, жадно оглядывая её тело.

— Боги, детка, ты даже не представляешь, что со мной делаешь.

— Представляю, — она подарила ему озорную улыбку.

Он вздохнул:

— Я всё ещё не уверен, что мы должны это делать.

— Позволь мне попробовать тебя убедить, — она наклонилась вперёд, позволяя своим грудям нежно коснуться его лица и наслаждаясь ощущением своих напряжённых сосков на его щетинистой коже. Колючее прикосновение его бороды к её чувствительной коже вызвало волну удовольствия, пробежавшую по её позвоночнику.

— Всё, что ты делаешь, — это сводишь меня с ума понемногу, — пожаловался он хриплым от желания голосом.

«Понемногу, хмм?» Его слова натолкнули Элизу на мысль.

— Меррик, — прошептала она. — Я знаю, ты не хочешь заходить слишком далеко, но что, если мы просто попробуем ввести кончик? Ну, знаешь, только головку?

Он нахмурился.

— Я не знаю…

— Только чуть-чуть, — торопливо продолжила Элиза. — Так я смогу понять, что чувствую. И мы сможем делать всё медленно и осторожно.

— Ну… — Его взгляд скользнул к месту между её бёдрами, и Элиза поняла, что он представляет, каково это — чувствовать, как её мягкая, скользкая киска обхватывает его член.

— Пожалуйста? — прошептала она, игриво разводя ноги шире и открывая себя для лучшего обзора. Боже, она не знала, откуда у неё взялась такая смелость, но ей нравилось быть активной. Может, это побочный эффект связывающих фруктов, или, может, она, наконец-то, начала возвращать своё тело, используя его для собственного удовольствия, а не для чьего-то ещё. Какой бы ни была причина, она никогда не чувствовала себя такой могущественной.

— Ладно, — наконец сдался Меррик. — Но только кончик, — предупредил он. — Не больше. Я не хочу, чтобы ты испугалась или пострадала.