Девушка коротко кивает, и её взгляд скрещивается с моим. В её глазах проскальзывает странная, несвойственная ей тень сомнения, которую я никак не могу разгадать. Или мне просто кажется, или она сегодня подозрительно притихла?

— Джек, оставь багаж у трапа, спасибо. Мы сами заберем, — бросает Нанук моему сопровождающему. Тот молча опускает чемодан на асфальт и удаляется. Через секунду Элайджа и Нанук скрываются в недрах бизнес-джета.

— Ну что… вот и настал этот день, — тихо вздыхает Аласи, подходя ближе.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты полетела со мной, — честно признаюсь я, и мой голос срывается на едва слышный шепот.

Она грустно поджимает губы: — Знаю, милая… Но кто-то из верхушки должен остаться на базе и контролировать, чтобы здесь всё не взлетело на воздух в наше отсутствие. Присутствие Нанука на дипломатических встречах такого уровня обязательно по протоколу, так что тебе придется взять всю свою волю в кулак и как-то выдержать общество этих троих суровых мужчин.

— Я постараюсь. Кстати, мама и папа уверены, что…

— Что ты сейчас улетаешь в отпуск со мной, — заканчивает она фразу за меня и заговорщически подмигивает. — Всё под контролем, не переживай. Лети со спокойным сердцем, обо всём остальном я здесь позабочусь. Мальчики не дадут тебя в обиду, поверь мне. Ничего плохого не случится.

Я делаю глубокий вдох и выдох. Её уверенный тон немного утихомиривает ту бурю, что с самого утра разрывает мне грудную клетку. — Я так благодарна тебе, Аласи… И всем вам. Вы ведь ни на секунду не задумались, когда нужно было спасать Лоффи. Я даже не знаю, как смогу отплатить вам за всё, что вы для меня сделали.

Она внезапно кладет руку мне на шаль; вся её привычная беззаботность и напускное веселье мгновенно испаряются. Взгляд становится непривычно серьезным и глубоким: — Когда придет время… я попрошу тебя только об одном одолжении. Просто выслушай меня. Хорошо?

Я непонимающе хмурюсь: — Выслушать тебя? А почему я должна тебе в этом отказать? Ты говоришь так, словно я могу возненавидеть тебя в одночасье. С тобой всё в порядке?

Аласи тут же беззаботно смеется, мгновенно стирая любые намеки на недавнее напряжение. Она панибратски обнимает меня за плечи и слегка подталкивает к ступенькам трапа: — Всё супер, просто мне иногда нравится напустить на себя немного театрального драматизма. В общем, мы договорились, идет?

— Договорились. До послезавтра, — киваю я.

Я поднимаюсь по узкой лестнице, чувствуя кожей её пристальный, не отпускающий ни на секунду взгляд. Оборачиваюсь на пороге, машу ей рукой и наконец прохожу внутрь салона, где у меня буквально отваливается челюсть.

Да уж, когда дело касается официальных визитов государственного уровня, Ольсены явно не привыкли экономить. Я иду по мягкому ковру мимо массивных кресел из безупречной белой кожи, лакированных панелей из редких пород дерева и роскошных бархатных диванов. Столики буквально ломятся от изысканных закусок и дорогих бутылок вина. Ничего себе «скромная рабочая поездка». Чуть дальше по проходу виднеется приоткрытая дверь, за которой угадывается полноценная королевская спальня. Я завороженно делаю шаг вперед, совершенно не смотря под ноги, цепляюсь носком за какой-то выступ и с тихим писком теряю равновесие.

Пытаясь спастись от позорного падения, я инстинктивно выкидываю руки вперед, хватаясь за спинку ближайшего дивана: — Ух… едва не растянулась. Слава небесам.

— Небеса тут совершенно ни при чем.

От неожиданности я испуганно вздрагиваю, а сердце ухает куда-то в пятки. Артур? Я резко поворачиваю голову, встречаюсь с его до предела раздраженным взглядом и едва не давлюсь собственной слюной. Он хмуро смотрит куда-то мне в район живота. Я опускаю глаза и с ужасом понимаю, что его правая рука мертвой хваткой обвивает мою талию, надежно удерживая от падения. Он держит меня. Сам Артур… держит меня.

Как только до моего воспаленного мозга доходит весь абсурд ситуации, я резко распахиваю глаза и судорожно выпрямляюсь, отстраняясь.

— Ты можешь хотя бы один чертов день обойтись без того, чтобы не спотыкаться на каждом ровном месте? — его рука мгновенно соскальзывает с моего тела.

Я буквально сгораю от стыда и неловкости, пока он уверенным шагом проходит мимо, оставляя после себя едва уловимый, шлейф с нотками лесного мускуса.

— Это вышло случайно, — едва слышно бормочу я под нос, но мое оправдание не производит на него ровным счетом никакого впечатления. Он его, скорее всего, даже не услышал.

Артур привычно занимает свое место у иллюминатора, откидывает голову на кожаный подголовник и плотно закрывает глаза. Я стягиваю теплое пальто, сажусь в кресло прямо напротив него и дрожащими пальцами защелкиваю ремень безопасности.