— В тебя стреляли. Тебе нужно беречь себя и восстанавливаться. Я не потеряю тебя из-за того, что ты ведешь себя как самодовольный идиот и отказываешься выполнять предписания врача.

Беккет тихо присвистнул.

— Я бы ее послушал, приятель.

Я подошел ближе к Лейкен и медленно поцеловал ее. Три коротких слова вертелись на кончике языка. Мне до безумия хотелось их произнести, но сейчас было совсем не время.

— Я пойду отдыхать, если ты пообещаешь вернуться ко мне сразу после галереи.

Она расслабилась в моих объятиях.

— Мне нравится, как это звучит.

— Что именно?

— Вернуться к тебе домой.

— Мне тоже, — прошептал я.

Лейкен еще раз быстро поцеловала меня и вышла из смотровой вслед за Хейзом. Беккет ухмыльнулся.

— Хорошая женщина тебе досталась.

— Я чертовски хорошо это знаю.

Он оторвал от рецептурного блокнота два листка и протянул их мне.

— Хорошо, что знаешь. Иначе мне пришлось бы сломать тебе что-нибудь, а потом самому же чинить.

Я приподнял бровь.

— Лейкен через многое прошла. Она сильная, но за этой твердой оболочкой прячется ранимое сердце. Я не хочу, чтобы ей снова сделали больно.

— Я забочусь о ней. Даже больше, чем забочусь, но не скажу эти слова тебе раньше, чем скажу Лейкен. Я сделаю все возможное, чтобы она была счастлива и в безопасности.

Беккет хлопнул меня по здоровому плечу.

— Только это я и хотел услышать. А теперь езжай домой и выполняй мои указания.

Я усмехнулся и вышел из смотровой в коридор. Помахал пожилой женщине за стойкой и поблагодарил ее. Когда я проходил мимо, она покраснела.

Открыв дверь, я глубоко вдохнул морозный воздух. Он немного разогнал туман в голове, но я понимал, что мне нужно поспать.

Из машины донесся собачий лай, и я ускорил шаг. Забравшись за руль, я поехал домой. Ладно, это был не совсем дом, но постепенно начинал им казаться.

Я подключил телефон к зарядке и включил голосовые сообщения.

Одно было от мамы. Она хотела узнать, как у меня дела. Еще одно — от отца. Последнее оставила местная риелтор. Она сообщила, что нашла участок, который я могу посмотреть, когда буду готов.

Я счел это маленькой победой. Пора было появиться хоть каким-то хорошим новостям. Возможно, это идеальное место для второго дома. Оставалось лишь придумать, как проводить здесь достаточно времени.

Приближаясь к воротам на территорию Рэмси, я сбросил скорость. Примерно в шести метрах от них стоял незнакомый внедорожник. Когда я замедлился, с водительской стороны вышел мужчина.

Я резко нажал на тормоз, увидев знакомые карие с зеленью глаза. Точно такие же, как у меня. Только его были тусклее. Словно в них что-то умерло после того, как он уничтожил всех, кому был небезразличен.

Я поставил машину на стоянку и вышел.

Брат попытался непринужденно улыбнуться.

— Как прошел твой маленький отдых?

Я напрягся.

— О чем ты?

— Я поспрашивал, где ты остановился. Несколько раз упомянул, что хочу устроить сюрприз любимому брату, и люди сразу стали такими разговорчивыми. Какая-то девица сказала, что ты в горах.

Я подвигал челюстью, пытаясь расслабить мышцы.

— Откуда ты узнал, что я в Вулф-Гэп?

Улыбка Илая стала шире, приобретая по краям что-то хищное.

— Думаешь, я не знаю, где прячется мой брат? Я всегда знаю, где ты, Бо.

Меня затошнило, и это только сильнее разозлило.

— Что ты здесь делаешь, Илай?

Его губы дернулись.

— Не обнимешь? Не скажешь: «Рад тебя видеть, Илай»?

— Нет.

Улыбка немного померкла.

— Наверное, справедливо.

Он переступил с ноги на ногу и пнул камешек.

— Черт, Бо. Прости. Мне не следовало писать тебе такое. Я был не в себе. Я не это имел в виду.

Сколько раз я уже слышал подобные слова? Слишком много, чтобы сосчитать. Но раскаяние никогда не длилось долго. По крайней мере, недостаточно, чтобы что-то по-настоящему изменить.

— Ты прав. Не следовало.

— Я пытаюсь извиниться. Загладить вину.

Он произнес это специально, зная, что во мне снова вспыхнет надежда. Как вспыхивала уже столько раз. Что, может быть, Илай вернулся в программу и на этот раз действительно проходит все этапы.

Но привычная надежда не появилась.

Потому что с меня хватит. Я отдал этим отношениям все, что мог, и они выжали меня досуха.

— Если действительно хочешь загладить вину, оставь меня в покое. Это все, чего я от тебя хочу.

Глаза Илая вспыхнули от потрясения.

— Ты не всерьез.

— Вполне. Я больше не могу так с тобой. Все кончено.

Его челюсть напряглась.

— Это нечестно. Ты должен дать мне шанс все исправить…

— Ты не можешь. Это не разбитая машина и не огромный счет по моей карте. Не разгромленный дом, пока я был на съемках. И не тот случай, когда ты явился на площадку обдолбанным после того, как я устроил тебя на работу. Карисса была человеком. Я любил ее. Может, не так, как должен был, но любил. А ты утянул ее за собой в эту тьму. Тебе непременно нужно было разрушить и ее.