Но после всего, через что мы с Рэмси прошли за последние несколько дней, это было последнее, что ему стоило услышать.

— По-моему, он уже едет сюда, — виновато закончил Калдер.

Я попыталась приподняться на каталке, но Бек тут же уложил меня обратно.

— Лежи спокойно. Я еще не закончил.

— Если бы у меня что-нибудь было сломано, я бы почувствовала.

Он достал из медицинской сумки маленький фонарик.

— Мне нужно убедиться, что у тебя нет сотрясения или признаков кровоизлияния в мозг.

— Не кажется, что ты немного драматизируешь?

Беккет смерил меня тяжелым взглядом.

— Либо так, либо я звоню маме.

У меня отвисла челюсть.

— Ты не посмеешь.

Он пожал плечами.

— Проверь.

Я пробормотала себе под нос весьма изобретательное ругательство, а Хэдли рассмеялась. Я свирепо посмотрела на нее.

— Это все твоя вина. Ты позвала королеву драмы.

Она поморщилась.

— Прости. В следующем месяце ужин за мой счет.

— Попробуй до конца года, — буркнула я.

Беккет посветил мне в глаза.

— Черт, можно было предупредить.

— Это за «королеву драмы». — Он внимательно посмотрел на мои глаза. — Возможно, у тебя легкое сотрясение. Сегодня тебе лучше остаться у нас с Адди…

Визг тормозов оборвал его слова. Пикап Рэмси резко остановился сразу за машиной скорой помощи. Двигатель еще толком не заглох, когда хлопнула дверца, и Рэмси уже бежал к нам.

Даже в темноте и на расстоянии я увидела в его глазах что-то дикое. Панику.

Я попыталась встать, чтобы показать, что со мной все в порядке, но он оказался рядом раньше.

Его ладонь легла на мою неповрежденную щеку, а взгляд стремительно прошелся по всему телу, выискивая другие травмы.

— Я в порядке. Просто фингал.

Он ничего не сказал.

Просто притянул меня к себе и крепко обнял.

В его объятиях все внутри меня растаяло. И впервые после нападения я почувствовала настоящее облегчение. Словно наконец могла признаться самой себе, как сильно испугалась.

Меня затрясло, и Рэмси прижал меня еще крепче.

— Я рядом, — прошептал он мне в волосы, едва касаясь губами прядей.

Мир вокруг исчез, пока я растворялась в нем. В его силе. В уверенности, которую он мне давал. В его тепле.

Кто-то прочистил горло, и я заставила себя поднять голову.

На нас смотрели четыре пары глаз. Даже остальные полицейские и фельдшеры на заднем плане притихли.

Мне захотелось поежиться под их взглядами.

Рэмси же не проявил ни капли смущения.

— Что произошло?

Я заговорила первой, не дав никому из братьев и сестер превратить случившееся в еще более драматичную историю.

— Кто-то попытался меня схватить. Я ударила его коленом между ног, а он врезал мне по лицу.

На челюсти Рэмси бешено дернулась мышца.

— Кто?

Я покачала головой и тут же пожалела об этом. Лицо пронзило болью.

— Я не успела его разглядеть. Все произошло слишком быстро.

Рэмси снова притянул меня к себе и посмотрел на Хейза.

— Кенни Чемберс?

Пальцы Хейза крепче стиснули телефон.

— Я к нему заеду.

— Я думала, он под арестом, — сказала я, переводя взгляд с одного на другого.

Ладонь Рэмси медленно скользила вверх-вниз по моей спине.

— Я сегодня с ним столкнулся. Встреча была далеко не дружеской.

— Но почему он напал бы на меня?

Рэмси посмотрел вниз. В его ониксовых глазах было столько всего, что я не могла ничего разобрать.

— Потому что он знает, что ты для меня важна.

Сердце ускорилось, сбиваясь на сумасшедший ритм.

— Ох.

Это было все, что я смогла выдавить. Один-единственный слог.

Он наклонился ближе.

— Ты должна рассказать Хейзу о письмах. Это тоже может быть связано с нападением.

У меня закружилась голова. От того, как быстро Рэмси перескочил от одной версии к другой. И от того, насколько близко он находился.

— Каких еще письмах? — прорычал Хейз.

Слух у него всегда был как у чертова кота.

Рэмси выпрямился, но продолжал меня обнимать. Он не бросился заполнять тишину объяснениями. Дал мне самой найти нужные слова, даже если я буду путаться.

Я прикусила щеку изнутри.

— Я… э-э… раньше получала письма от Ховарда Кемпера.

Все вокруг мгновенно стихли.

Я слышала гул ламп в машине скорой помощи. Работавший где-то двигатель. Шорох ветра в листве.

— Что ты сказала? — медленно спросил Хейз.

Я тяжело сглотнула и переплела пальцы с пальцами Рэмси. Разбираться с этим предстояло мне самой, но я опиралась на его силу.

— Когда у меня появился собственный абонентский ящик, он начал присылать мне письма из тюрьмы.

Лицо Хейза стало непроницаемым. На нем появилась маска шерифа, за которой невозможно было понять, о чем он думает.

— Что было в этих письмах?

Я опустила взгляд на наши сцепленные руки, словно там могли найтись нужные слова.