Айрик ревел под поверхностью реки, пока у него не потемнело в глазах. Лишь неизбежный инстинкт выживания заставил его вынырнуть на поверхность за воздухом.

Нора. Нора. Нора.

Ее невозможно было выжечь из него. Она стала тем самым, что поддерживало в нем жизнь, более необходимым, чем сон, который так легко приходил, когда она отдыхала рядом с ним.

Выбравшись из воды, он долго лежал на берегу реки, глядя на звезды и падающие атмосферные процессоры. Теплый ветер обдувал его, высушивая волосы и пробуждая на коже ощущения, которые, как он знал, могла успокоить только Нора.

К тому времени, как он вернулся к мосту, Лаки сидел на некотором отдалении на скалистом выступе, а Нора натянула одеяло спального мешка на самую голову. Лежа рядом с ней, меньше чем на расстоянии вытянутой руки, он наблюдал за легким подъемом и опусканием ее тела под грубой тканью. Сейчас она казалась ему такой же далекой, как и тогда, когда была на Земле. Когда она была для него не более чем одной-единственной жизнью в россыпи звезд вселенной.

Теперь она занимала весь его мир, и всё, что имело для него значение, свелось к бугорку под выданным Вейнари одеялом. Ему хотелось завернуть ее в него и оставить себе навсегда.

Но всё, что его ожидало, — это пустое будущее, лишенное Норы, в котором он будет искать ее отблески во всем, что делает. Темно-каштановый цвет ее волос, мягкость голоса, розовый оттенок губ. Ее лицо — даже ее «окей» и «прости».

Зная, что она спит, он наклонился достаточно близко, чтобы уловить ее запах. Это расслабило его настолько, чтобы произнести правду, жившую в его сердце.

— Мне жаль, демонические глаза, — прошептал он ей, хотя эти слова даже близко не передавали тот стыд, который ему нужно было искупить. — Ты заставляешь меня хотеть забыть, кто я. Чтобы я мог быть тем, кто заберет твою печаль — исправит ее. Но я никогда не забуду. Всегда там. В моем разуме. То, что я сделал, и то, что меня заставят сделать.

Бездна скорби, которую он держал запечатанной годами, прорвалась наружу, захватывая дух и сокрушая. Внезапное жгучее покалывание защипало глаза, заставив его резко сесть. Влага скатилась по его щеке. Затем еще одна теплая капля последовала за первой.

Он поймал случайную каплю — яркую, светящуюся синим слезу.

Не веря своим глазам, он опустил руку. Он думал, что ему удалось убить их.

Откинувшись на спину, он отвернулся от нее, его мысли пребывали в полнейшем хаосе.

Неприкосновенный. Неплененный. Непокоренный.

Его сердце ответило четким стуком в ушах: Нора. Нора. Нора.

Что-то мягкое и теплое скользнуло по его талии и легло на грудь. Он попытался повернуться, но Нора крепче сжала объятия, останавливая его.

— Я узнала об одной концепции — мультивселенной, — произнесла Нора, уткнувшись ему в спину; движение ее губ воспламеняло его. — Это было в документальном фильме. Ты знаешь, что такое мультивселенная?

Он не пошевелился. Даже ее слабые человеческие глаза увидели бы его слезы в темноте, если бы он повернулся.

— Это параллельные вселенные, — продолжила она. — Все существуют одновременно. В некоторых есть альтернативные версии нас самих с крошечными отличиями. Например, я была бы такой же, но вместо техника по инвентаризации стала бы пилотом. Или, может быть, вместо шоколадного я бы предпочитала ванильное мороженое.

Айрик замер, боясь, что если он пошевелится слишком быстро, мир рухнет.

— Может быть, в одной из этих вселенных ты был бы садовником. — Она тихонько усмехнулась своим мыслям. — Я могу это представить: ты ухаживаешь за растениями, бережно обращаешься с розами. Ты не был бы моразиром. Ты был бы кем-то другим — кем захочешь. Как думаешь, кем бы ты был в одном из этих других миров?

Твоим. Только твоим. Я не хочу быть никем другим.

Она глубоко вздохнула, прижавшись лбом к его спине.

— Ты прав — со мной что-то не так. Но здесь, с тобой, я почувствовала себя немного более «окей», чем за долгое время. Может, недостаточно, чтобы «исправить» меня, но достаточно, чтобы я тоже захотела стать кем-то другим. — Она прижалась к нему сильнее. — Я знаю, то, что я сейчас скажу, неправильно и абсолютно эгоистично, но… я никогда никого не хотела так, как хочу тебя. Я знаю, что не имею права просить, но… как думаешь… мы могли бы притвориться, что находимся в другой вселенной? В той, где ты не… то, что ты есть? А я не та, кто я есть? Чтобы я могла получить тебя. — Она прижалась губами к его лопаткам, и огонь от ее поцелуя разлился в его душе. — Пожалуйста. Хотя бы ненадолго?

Тогда он повернулся к ней, снова ловя ее под своим телом, и лишь сила его рук спасала ее от того, чтобы быть раздавленной.

— А что, если я не хочу просто ненадолго?

Она ахнула, потянувшись к нему. Он не вздрогнул, когда ее ладони легли на его щеки.

— Твои слезы… — сказала она, поднося каплю к своему лицу. — Они светятся.

— Да. Когда слишком полны чувств.