А еще среди корней была жизнь. Мира заметила ее не сразу, познание нового всегда идет от чего-то грандиозного к незначительному, от первого впечатления к деталям. В первые минуты существовали лишь белесые корни, рассекающие чернь океана. Потом Мира привыкла к ним, стала различать мельтешение… Подплывать она не рисковала, наблюдала издалека. Да и не факт, что ей позволили бы приблизиться: возле пролома движения не было, похоже, местные мелкие тварюшки боялись света. Ничего, привыкнут еще…

Некоторые напоминали то, что можно встретить в океанах Земли – все эти рыбки, моллюски, головоногие и прочие креветки. Другие же представляли собой совсем уж странные, порой откровенно жуткие формы жизни: существо, похожее на пульсирующий комок внутренностей, нечто выпускающее из себя крупные круглые челюсти, а потом втягивающее их обратно. Мира даже не могла успокоить себя тем, что это все травоядные, интересующиеся лишь корнями, она лично наблюдала, как одно из существ бросилось на другое, скрутило, порвало, наполняя воду мутным облаком темной крови.

Да, они были мелкими, намного меньше человека. Так ведь их много, и они в своей стихии! К тому же ими дело не ограничивалось. Мира видела, что некоторые корни с крупными наростами сохранили на себе следы впечатляющих зубов. По размеру как раз под стать тому глазу, который пялился на них из пролома.

Пока Мира впитывала все это, Сатурио, как обычно, вел себя профессиональней, он уже изучил показания сканера.

– Крупных существ поблизости нет, – предупредил он. От голоса, внезапно зазвучавшего в давящей тишине океана, Мира невольно вздрогнула, но понадеялась, что темнота это скрыла. – Возможно, мы напугали их.

– Сомневаюсь…

– Почему?

– А с чего им нас бояться? – удивилась Мира. – Если бы здесь вообще не было другой фауны, кроме них, тогда да. Но посмотри, сколько вокруг живых существ! Разве не логично было принять нас за нечто новое, появившееся естественным путем? Размер у нас невпечатляющий, и оружие мы применить не успели. Так почему же оно ушло?

– Как вариант, испугалось света.

– Да, но… Глаза ему не для темноты даны! Короче, странно все это…

– К счастью, выводы делать не нам, – усмехнулся Сатурио. – Наша задача – просто сбор материалов.

– И что ты предлагаешь?

Вместо ответа он указал вниз. Он прав, осмотр у поверхности могут провести и роботы, а им нельзя терять ни минуты, нужно спускаться… И Мира обо всем этом знала, но она все равно не могла избавиться от ощущения, что непроницаемая тьма под ее ногами – это распахнутая пасть чудовища, в которую она, глупая маленькая рыбка, плывет добровольно.

Сатурио от таких ассоциаций явно не страдал. Он двинулся вперед уверенно, ему под водой сейчас и правда было легче, чем на поверхности. Роботы послушно последовали за ним, привнося на глубину все больше света. Мира тоже поспешила, отставать ей не хотелось: даже при том, что у нее имелись свои источники освещения, плыть рядом с кочевником все равно было спокойней.

Вода на глубине оставалась мутной, такой же, как ближе к поверхности. Там это можно было объяснить взаимодействием растений и обитателей океана, а здесь… Здесь – непонятно чем. Но Мира порадовалась тому, что они привезли на луну запасные скафандры и камеру для дезинфекции.

Она ожидала, что плыть вниз предстоит долго, в какой-то момент даже придется остановиться, развернуться, продолжить в следующий раз, лучше – уже с батискафом. Они ведь установили, что океан глубокий, и если сравнивать с Землей, то между поверхностью и дном вряд ли будет так уж много интересного.

Но луна в очередной раз показала, что сравнивать с Землей ее не нужно. Они спустились лишь на метров двадцать, не больше, когда свет выхватил под ними нечто новое, необычное, не живое – и созданное не водой.

– Это что… это горы? – растерялась Мира. – Мы так быстро добрались до дна?

– Очень похоже на горы, – согласился Сатурио. – Но сканеры показывают, что до дна еще очень далеко.

– Насколько же они огромные?

– Неизвестно, на чем они вообще растут.

Сам подход казался странным: на чем могут расти горы? А с другой стороны… что, если здесь существуют плавучие горы? Объяснение оболочке планеты они пока не нашли, это будет уже вторая странность.

Но пока горы не двигались, это успокаивало. А настораживало то, что они были не очень-то похожи на горы.

Они оказались не просто сглаженными, это еще можно было списать на течение. Они, все без исключения, отличались причудливой формой – по большей части расширяющейся к глубине, как и положено, но порой обладающей округлыми боковыми отростками. Больше всего эта форма напоминала Мире свечу, которую не выплавили в таком виде, а увеличивали очень долго, капая сверху воском других свечей. При таком подходе воск невозможно идеально контролировать, и он застывает, как придется. А еще это нагромождение форм было похоже на огромные кораллы, но куда более гладкие, чем на Земле.