Я люблю, когда мы все вместе. Не по необходимости, а по собственному выбору. Потому что каждый по-своему любит остальных. И мы снова и снова продолжаем выбирать друг друга.

— Мальки будут светиться, — кричит Баш. — И хотя в этом нет никакого смысла, потому что грот полностью закрыт, у него есть собственный источник света. Так что сверху ты увидишь его сияние.

Кас добирается до края скалы и проводит ладонью по поверхности, что-то разыскивая.

— Здесь, — говорит он и указывает на небольшую выемку в камне. — Крестик отмечает место.

— Отсюда прямо вниз? — спрашиваю я.

— Прямо вниз, Дарлинг.

Он наклоняется вперёд и ныряет, а поскольку Кас — мой надёжный проводник в этом приключении, я не теряю времени и следую за ним.

Почти сразу становится темно, но духи лагуны закручиваются вокруг нас мерцающими пастельными оттенками, чувствуя, что нам нужен свет. Впереди я вижу громадную массу скалы, а чуть ближе — силуэт Каса, плывущего вниз.

Вниз, всё ниже и ниже.

Лёгкие начинают гореть, но я стараюсь не паниковать, зная, что нахожусь в безопасности.

Кас замедляется и выпрямляется, опуская ноги под себя и загребая руками воду, чтобы удержаться на глубине. Он указывает на каменный выступ, а затем показывает двумя пальцами вверх, давая понять, что нам нужно плыть наверх.

Мягкий лавандовый свет играет на его лице и обнажённой груди, где татуировки, обозначающие его происхождение и королевское положение при дворе фейри, отчётливо выделяются на коже. Волосы, всё ещё заплетённые в две косы, мягко колышутся в течении.

Крылья плотно прижаты к спине.

Я показываю ему большой палец, и он смеётся, выпуская несколько пузырьков воздуха, которые устремляются вверх.

Когда остальные подплывают к нам, Кас тянет себя вдоль каменного выступа и с моего места кажется, будто он полностью исчезает во тьме.

Потребность вдохнуть всё сильнее давит на грудь, и я быстро плыву за ним по тому же пути, пока не нахожу место в скале, где выступ скрывает отверстие.

Что ж, сейчас или никогда.

Я погружаюсь в холодную темноту, вслепую ощупывая всё вокруг, чтобы сориентироваться. Камень гладкий, но твёрдый по обе стороны туннеля, и это помогает мне держать направление, пока я плыву вверх.

Надо мной появляется слабый, танцующий свет.

Я плыву быстрее, отталкиваясь от стен туннеля, и, когда наконец выбираюсь из него и вокруг меня раскрывается простор грота, выпускаю от восторга пузырь воздуха.

Вверх, всё выше я плыву, пока не прорываюсь сквозь поверхность в тёплую тишину грота, спрятанного под Скалой Покинутых.

— Ты добралась, — говорит Кас и подплывает ко мне.

Обхватываю его бёдра ногами, обнимаю за шею, а с кончика его носа стекает вода.

— Благодаря тебе, — я целую его, и он отвечает, ладони ложатся на изгиб моей задницы. — М-м-м, — мычу ему в губы и чувствую, как под напористым прикосновением моих губ на его лице расплывается улыбка.

Позади нас один за другим выныривают Баш, Вейн, затем Пэн. Баш издаёт ликующий крик, и звук эхом разносится по гроту.

— Заткнись, — предупреждает Кас. — Мальки не будут светиться, если ты будешь так шуметь.

До сих пор цепляясь за Каса, я оглядываюсь. Грот размером с небольшой пруд, здесь достаточно места, чтобы мы впятером могли свободно держаться на воде. Примерно в полуметре над поверхностью камень выравнивается, образуя уступ, на котором можно сидеть или лежать, а несколько крупных каменных образований создают идеальные маленькие ниши для отдыха.

— Когда мальки появятся? — спрашиваю я. Вода тёмная, ни одного не видно.

— Когда тревожат воду и нарушают тишину, они перестают светиться, — объясняет Кас. — Им понадобится минута-другая, чтобы привыкнуть к нашему присутствию.

Вейн подплывает к уступу и подтягивается наверх, оставляя босые ноги свисать в воду. Пэн подплывает к нему, но остаётся в воде, положив на каменный уступ рядом с Вейном только руки.

Я продолжаю цепляться за Каса, пока он держится на воде.

Баш раскидывает руки и ложится на спину, оставаясь на плаву.

Мы ждём.

Где-то в глубине грота капает вода.

— Уже вот-вот, — наклоняется ко мне Кас, шепча на ухо.

Я жду ещё немного.

В голове у меня уже сложилась картина того, как будут выглядеть эти светящиеся мальки, и я надеюсь, что в реальности они окажутся хотя бы вполовину такими же потрясающими…

— Там, — говорит Вейн, кивая влево от меня.

Кас разворачивает нас, но свет уже исчез.

— Ещё один, — говорит Пэн почти скучающе. Он наверняка видел это сотню раз, и меня немного раздражает, что до сих пор никто об этом не упоминал. Я могла бы приходить сюда каждый месяц в новолуние.

— Вон там, Дарлинг, — Кас работает ногами под водой, снова разворачивая меня.

— Я ничего не вижу. Вы что, блядь, издеваетесь надо мной?

— Дарлинг… — Баш выпрямляется в воде.

— Клянусь богом, я брошу вас всех и уйду жить к Сми на пиратский конец Неверленда, и…

— Дарлинг! — шёпотом вскрикивает Баш.

Я замираю.