Уайетт сделал глубокий вдох, и я могла только представить, какой аромат от меня исходил. Но что-то влекло мое тело к нему.

Я понемногу придвигалась к нему, ругая себя за это, но не в силах остановиться. Вскоре моя задница коснулась бедра Уайетта, затем его паха. Его твердая эрекция ткнулась мне в поясницу.

— Эйвери, что ты делаешь? — хриплым голосом прошептал он.

Я замерла.

— Я не знаю. Прости. Я постоянно делаю что-то не то. Когда я рядом с тобой. Как будто мое тело чего-то хочет.

Я начала отодвигаться, но его рука сжала мое бедро, притягивая меня к нему. Его грудь приникла к моей спине, а затем я почувствовала, как его твердый член прижался к моей пояснице, а его губы опустились мне на шею.

— Я не жалуюсь, — прошептал он мне на ухо. — Мне это нравится.

— Да?

— О да, Цветочек. Вот почему я был таким сварливым перед сном. Мне ужасно хочется быть рядом с тобой, и я ничего не могу сделать, чтобы выпустить этот пар. Раньше в СВС, когда я чувствовал себя так, то мог пойти в спортзал или выпустить своего волка и побегать по лесу. Но здесь я не могу этого сделать. Я застрял в непосредственной близости от тебя, и мои яйца пульсируют от боли.

У меня перехватило дыхание от грубости его слов.

— Но я говорю это не для того, чтобы давить на тебя, — быстро добавил он. — Я просто хочу, чтобы ты поняла. Если иногда веду себя как придурок, то это только потому, что я так отчаянно хочу того, чего не могу иметь. Но если ты хочешь просто лежать со мной вот так, я с радостью это сделаю. Хотя и не могу сдержать возбуждения.

Я снова почувствовала его член и не смогла сдержать стон. Боги, этот мужчина сводил меня с ума. Я так сильно его хотела. Даже при том, что в голове у меня царил полный бардак, мое тело точно знало, чего оно хочет.

— Ты не против? — От его дыхания у меня по коже побежали мурашки. — Что я лежу вот так рядом с тобой?

— Не против, — выдохнула я.

Его член снова толкнулся в меня, когда его рука скользнула по моему бедру, медленно продвигаясь к моей промежности.

— А как насчет этого?

Я снова тихо застонала, когда его пальцы скользнули к моей сердцевине, между ног и сквозь тонкие шорты. Он начал медленно поглаживать меня.

Я выгнула спину от прикосновений его пальцев.

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Нет. — Все мое тело словно горело.

— Хорошо, — прошептал он.

Его пальцы продолжали играть, кружить и поглаживать. Через несколько секунд я готова была превратиться в лужицу под его прикосновениями.

Когда у меня вырвался очередной стон, он снова зарычал.

— Такая отзывчивая. Я никогда не устану от этого. — Он поцеловал мою шею, посасывая кожу под ухом, в то время как его рука продолжала гладить.

— Стой! — резко крикнула я. Я зашла слишком далеко, но не хотела, чтобы это прекратилось.

Он напрягся и убрал руку.

— Прости. Я не хотел… — Он тяжело вздохнул. — Я вернусь на другую кровать.

Но я развернулась и схватила его прежде, чем он успел уйти.

— Нет, я не это имела в виду. Я хотела сказать, что хочу прикоснуться к тебе. Несправедливо, что только ты даришь мне удовольствие.

Его глаза вспыхнули, и он громко сглотнул.

— Хорошо, если ты этого хочешь.

— Да. Если только ты не возражаешь?

— Не возражаю, — немедленно ответил он. — Делай со мной, что хочешь.

Я хихикнула. В его хриплых словах было столько отчаяния.

— Но не осуждай меня. Я не помню, что тебе нравится.

Он задышал чаще, когда я провела пальцем по его груди.

— Ты не можешь сделать ничего такого, что бы мне не понравилось.

— Но есть что-то, что тебе больше всего нравится? — Я поцеловала его в грудь, чуть правее соска.

Он с шумом втянул в себя воздух.

— Это нравится.

— А как насчет этого? — Я провела языком по его животу, целуя и посасывая по ходу движения.

— Да, это тоже неплохо, — сказал он сдавленным голосом.

— А это? — Я запустила руку в его трусы, ощутив его твердую эрекцию. У меня перехватило дыхание. Боги, он был огромный.

— О да, мне это определенно нравится.

Я обхватила его член рукой и начала поглаживать, одновременно целуя, прикасаясь и лаская его грудь, шею и плечи.

Исходящий от него жар нарастал с каждой секундой, и тихие стоны вырывались из его горла.

— Ты не будешь возражать, если я попробую тебя на вкус? — прошептала я, затем прикусила его ухо. — Здесь? — Я сжала его толстый член.

Все его тело содрогнулось.

— О боги, нет. У меня точно нет никаких возражений.

Я села, внезапно вся усталость испарилась, хотя за окном было еще темно. Я сняла майку, обнажив грудь. Мои соски уже напряглись от холода в комнате.

Уайетт застонал, когда его член затвердел еще больше, и я остановилась.