Охота при свете костра (ЛП)

( Институт сверхъестественного - 3 ) КристаСтрит

Эйвери

Он всегда рядом, наблюдает и ждёт. Волк с золотыми глазами, который не желает оставлять меня в покое.

Часть меня тянется к нему. Другая умоляет бежать.

Мои воспоминания украдены, стёрто всё, что когда-то нас связывало. И всё же я чувствую, как моя душа магнитом тянется к его душе, и знаю без тени сомнения, что судьба ещё не закончила с нами. Ещё нет.

Древнее зло охотится за мной, неся с собой угрозу смерти.

Но я уверена в том, что мы с Уайеттом должны действовать сообща, если я хочу выжить.

Уайетт

Мне тяжело видеть Эйвери такой — встревоженной и недоверчивой. Однажды я уже разбил ей сердце, но будь проклят, если позволю этому случиться снова.

Я должен вернуть её. Должен заслужить её доверие.

Сейчас она нуждается во мне как никогда, потому что вот-вот сбудется пророчество, а враг, стоящий за ним, полон решимости сделать Эйвери своей невольной пешкой.

Ради неё я буду сражаться. Я отдам жизнь, чтобы защитить её.

Вопрос лишь в том, будет ли она сражаться рядом со мной в ответ?

Криста Стрит Охота при свете костра

Глава 1

Уайетт

 

— Эйвери, я просто хочу поговорить с тобой. — Я осторожно приблизился к куполу, который она подняла вокруг себя. На моих руках волоски встали дыбом от магической энергии. — Я не собираюсь причинять тебе боль. Клянусь.

Она настороженно следила за мной своими необычными фиолетовыми глазами, и от нее исходил кислый запах страха, пропитавший куполообразный щит, который возвышался над полем подобно сверкающей пурпурной звезде.

Из моего горла вырвался рык, мой волк был недоволен, и я не успел его приструнить.

Она распахнула глаза.

Чертов волк.

— Любовь моя, я…

По куполу пробежала огромная магическая волна и ударила меня прямо в грудь.

От силы удара я отлетел назад и услышал вздох Эйвери.

Я приземлился в пятнадцати футах от нее, ударившись головой о землю. На мгновение у меня перехватило дыхание.

Черт возьми. Это было больно. Поморщившись, я прижал руку к сердцу.

Как я мог быть таким идиотом? Купол реагировал на эмоции моей пары. И этот щит был частью ее сущности.

И ей не понравилось, когда я приблизился к ней.

Николас тихо присвистнул и сел в траву. Полуденное солнце припекало, и по его лбу катился пот.

— Это было впечатляюще, майор.

Со стоном я сел, все еще потирая грудь, а Эйвери следила за каждым моим движением из-за своего щита.

— Ты уверен, что она твоя пара? — протянул Николас.

— Да, — отрезал я и помассировал грудь.

— Просто большинство пар не пытаются убить друг друга, когда…

— И большинство не умирают, а затем воскресают с какой-то неизвестной силой внутри себя!

Вампир поднял руки, сдаваясь.

— Боже мой, какой вспыльчивый. Я просто указал на очевидное. Не нужно откусывать мне голову.

Я готов был снова зарычать, но сдержался. Мне не нужен был еще один удар в грудь от купола. Потому что как бы я ни злился на Николаса, он прав. Эйвери вела себя не как моя пара. Она вела себя так, словно я совершенно незнакомый для нее человек, который хотел причинить ей вред. И она защищала себя любыми доступными средствами.

Даже если это означало, что в процессе пострадаю я. Не совсем типичное поведение для пары.

Эйвери снова настороженно посмотрела на меня, но мне показалось, что я уловил проблеск раскаяния в ее взгляде.

Я нахмурился. Она должна испытывать раскаяние. Ведь удар, который я только что получил в сердце, мог убить обычного человека.

Я поправил рубашку, затем встал и побрел туда, где сидел раньше.

Со стоном я плюхнулся обратно на траву, мой волк нервно расхаживал внутри меня.

Я вытянул ноги, сминая высокие стебли травы. От этого движения в воздух поднялся запах цветов. Лепестки и пыльца танцевали на ветру, а над головой простиралось бледно-зеленое небо в землях фейри.

Мы с Николасом просидели на этом поле почти двенадцать часов, и вокруг нас уже появилась большая утоптанная поляна.

Я бродил вокруг магического купола, под которым спряталась моя пара, вытаптывая цветы. Но учитывая, что мои метания только усилили исходящий от нее запах тревоги, я заставил себя сесть.

Ну, мне удалось не двигаться большую часть времени.

— Не знаю, сколько еще я смогу это выносить. — Николас обмахивал лицо веером, морщась от жары солнца. На его алебастровой коже выступили капли пота, но постепенно появлялись красные полосы. Был почти полдень, так что солнце нещадно палило.

— Тебе не обязательно здесь оставаться, — сказал я ему, стараясь говорить тихо, чтобы снова не напугать Эйвери.