Сердце бешено колотится под тяжестью его руки, я пытаюсь отстраниться, но он держит крепко.

— Ты тоже чувствуешь это притяжение, эту магию между нами. Чувствуешьменя . Почувствовала с того самого момента, как обернулась и увидела меня в магазине. Ты хочешь меня, Берди.

— Нет, — выдыхаю я.

— Ты ненавидишь лжецов, так что не смей, блядь, мне врать. Покажи мне. Ты не можешь этого сказать, но и отрицать не можешь. Покажи, как сильно ты меня хочешь.

Он прав. Во мне есть какая-то сила, которую я не до конца понимаю. И уж точно не могу объяснить словами. Но я ее чувствую. В объятиях Джаспера она растет. Я чувствую себя уверенной и сильной. Хочется крикнуть: «больше». Даже не знаю, чего именно «больше». Больше любви? Больше страсти? Больше этого притяжения?

Точно знаю лишь одно: Джаспер тоже это чувствует. Он прижимает меня к стене бёдрами, его ладони скользят по моим бокам, забираются под топ и ложатся на обнажённую кожу. Я судорожно втягиваю воздух, приподнимаясь на носки. Моё тело почти дрожит везде, где он ко мне прикасается.

— Ты хочешь меня, — повторяет он.

Закрыв глаза от накатившего блаженства, я отдаюсь ощущению его губ, которые жадно целуют линию моей челюсти.

— Я тебя… — выдыхаю я. — Не хочу.

Он имеет наглость рассмеяться.

— Какая красивая лгунья.

Я крепко сжимаю его волосы в кулаке и притягиваю к себе.

— Господи, просто заткнись и поцелуй меня.

39.Берди

39.Берди



Джаспер целует меня, и я хочу растаять, как свеча. Какая это ужасная ошибка — обдумаю позже. А пока я просто хочу этого. Никакого анализа. Никакой паники. Только страсть, сила и контроль. Я хочу отдать ему контроль. Хочу отключить голову.

Он запрокидывает мне голову, беря инициативу в свои руки.

— Можно к тебе прикоснуться?

— Да, пожалуйста. — Я уже прижимаюсь к нему ближе. Боже, как он пахнет. Его одеколон сладко-пряный, как осень во флаконе. Теплый инжир и кедр, ноты амбры. Хочу уткнуться лицом ему в шею и вдыхать его аромат, пока трусь о его бедра. Опустив руки между нами, тяну за край его футболки и начинаю расстегивать ремень.

Он стонет, разрывая поцелуй.

— Берди...

Я ловлю свое имя с его губ новым поцелуем, дразняще проскальзывая языком, прежде чем он успевает отстраниться.

— Ты правда этого хочешь?

Киваю, продолжая расстегивать его джинсы, но он резко приподнимает мне голову, его лицо непреклонно.

— Тогда скажи это.

— Ты сам просил показать, — дразню я, поглаживая твердый контур его члена.

Он перехватывает мое запястье.

— Скажи это, или больше ничего от меня не получишь.

Он меняет правила, и это нечестно, учитывая, как я сейчас возбуждена. Он же сам сказал, что мне достаточно просто показать. Близость дается куда легче без слов. Я просто хочу, чтобы мое тело почувствовало хоть что-то, кроме этой паники.

— Джаспер, пожалуйста...

Его пальцы сильнее сжимают моё запястье, взгляд становится тяжёлым.

— Думаешь, я не вижу, в какую игру ты играешь? Я сам её придумал, Берди. Мы с тобой, мать твою, две стороны одной медали.

Пытаюсь вывернуться из его хватки.

— Отпусти...

— Ты борешься не со мной, ты борешься с собой. Отбрось свои чертовы щиты. Хочешь, чтобы я вошел в тебя? Прежде чем это случится, ты должна впустить меня.

— Джаспер...

— Посмотри на меня. — Он берет меня за подбородок, заставляя поднять глаза. — Ты у меня внутри, Берди. Посмотри мне в глаза и убедись сама. — Его стальные серые глаза такие открытые и честные.

На моих глазах наворачиваются слезы, и я цепляюсь за него.

— Джаспер, я не могу...

— Ты у меня внутри, — повторяет он. — Знаешь, когда я в последний раз рассказывал кому-то, кто я на самом деле?

Сердце бешено бьется, пока я отчаянно держусь за свои щиты.

— Дай угадаю, никогда?

Он стирает мои слезы большим пальцем.

— Никогда. Только тебе. Всю жизнь я был один. Меня вынуждали держаться в тени, чтобы я не отбрасывал собственной. Меня называли безрассудным, никчёмным, позором семьи, позором своего имени.

От его слов во мне вскипает злость. Разве мне не говорили почти то же самое?

Я обхватываю ладонями его лицо, не отводя взгляда.

— Ложь. Ни на секунду в это не верь.

Он кивает.

— Я знаю, кто я, Берди. Здесь, в твоих объятиях, я знаю, что я такое. И я хочу, чтобы ты тоже меня узнала. Скажи «да».

Опускаю руки ему на плечи, всё еще вглядываясь в его лицо.

— Чего ты от меня хочешь?

Он заправляет прядь моих волос за ухо.

— Я хочу, чтобы ты увидела меня, Берди. Я отказываюсь быть для тебя еще одним безымянным перепихоном. Могу поспорить, у тебя их было достаточно на всю оставшуюся жизнь. У меня тоже, — добавляет он прежде, чем я успеваю озвучить свое притворное возмущение.