Соломон уже дотронулся до своего браслета, и я закрыла глаза, когда через несколько секунд услышала сонный голос Тристана, отвечающего на звонок.

— Тристан, это я, Соло.

— Соло, откуда у тебя мой номер? — он спросил.

— Этот же номер был у тебя, когда нам было по семнадцать.

Он зевнул.

— Почему ты звонишь мне в пять утра?

— Я с Уиллоу.

— Ты что? — голос Тристана стал пронзительным. — Вы снова вместе?

— Нет. — Соломон нахмурился. — Я знаю, что она сейчас с тобой.

— Это… верно. Хм, так что забудь.

Мои плечи немного расслабились, и я мысленно поблагодарила Тристана за то, что он прикрыл меня.

— У Уиллоу болит бедро, и она просит меня помочь ей помассировать его.

— Эй, она просила меня, — пробормотал Кэмерон из-за двери, но Соломон проигнорировал его.

— Тристан, ты не против, если я прикоснусь к Уиллоу?

— Нет, черт возьми! Держи свои руки при себе.

Соломон бросил на меня взгляд, означающий — я же тебе говорил, и почесал шею.

— Когда ты приедешь?

— Э-э, я не уверен. У меня поджимают сроки, но мы с Уиллоу пытаемся это выяснить.

Это была абсолютная ложь, поскольку я не разговаривала с ним с тех пор, как ушла со встречи выпускников.

Соло посмотрел мимо меня на Кэмерона.

— Я прослежу, чтобы никто не прикасался к ней в это время.

— Спасибо. Я ценю это.

— Ты хочешь поговорить с Уиллоу? Она может тебя слышать.

— О, хорошо. Привет, красотка.

Я подыграла.

— Привет… детка. Я позвоню тебе позже, хорошо? — Боже, это прозвучало так фальшиво.

— Ты в порядке? Что у тебя с ногой?

— О, ты знаешь, это из-за острой боли, о которой я тебе говорила. — Я сказала это только для того, чтобы Соломон подумал, что мы с Тристаном все время разговаривали.

— Верно. Хочешь, я приеду и помассирую тебе это место?

То, как вздулась жилка на шее Соломона, когда он опустил глаза, еще больше укрепило мою мстительную натуру.

— Да? Я правда очень по тебе скучаю.

Тристан прочистил горло.

— Я тоже по тебе скучаю. Все время. Просто пришли мне адрес, хорошо?

— Будет сделано.

Соломон отключил связь и прошел мимо меня, остановившись прямо перед Кэмероном. Из горла Соломона вырвался низкий рык, когда он расправил плечи. Кэмерон, который выглядел грубовато из-за больших татуировок на шее, сделал небольшой шаг назад, бросил на меня последний взгляд и вернулся на свой пост у входа.

— И что мне теперь делать с этой болью? — я раздраженно спросила Соломона.

— У тебя нет какого-нибудь обезболивающего?

— Нет.

— Тогда воспользуйся льдом, прими теплую ванну или сделай массаж сама.

Я глубоко вздохнула, недовольная тем, что он все контролирует.

— Ты, как всегда, такой властный.

— Не волнуйся. Я уверен, что Тристан избавит тебя от боли, как только приедет. — голос Соломона был хриплым, и я заметила, что у него подергивается левый глаз.

Чувствуя, что злюсь на него, я приподняла бровь.

— Да, у Тристана красивые сильные руки.

Соломон уставился на меня, и с каждой секундой его шея становилась все краснее.

— Что? — спросила я и вскинула руки вверх с видом, достойным северянина.

— Ничего! — Он махнул рукой в сторону лифта. — Теперь мы можем подняться обратно?

Надув губы, я двинулась в указанном направлении.

— Думаю, мы могли бы это сделать.

Было пять тридцать, когда мы вернулись на пятый этаж. Соломон шел позади меня, и когда я остановилась у своей двери, он тоже остановился, по-прежнему сохраняя дистанцию.

— А что, если я пострадаю? — я спросила.

Соломон шумно выдохнул, словно готовясь к очередному витку моих глупостей.

— Я имею в виду, что было бы, если бы я подвернула лодыжку в спортзале. Ты бы помог мне подняться на ноги? Отнес бы меня в мою комнату?

— Но ты не подвернула лодыжку!

— Нет, я знаю. — Я наклонила голову. — Я просто не понимаю, как ты можешь выполнять свою работу, если не хочешь прикасаться ко мне, чтобы я не поранилась.

— Тебе не причинят вреда, если я буду рядом.

— О, но ты же сказал, что не несешь за меня ответственности, помнишь? Ты здесь только из-за Сальмы.

Соломон опустил глаза и потер лоб.

— Уиллоу, чего ты от меня хочешь?

«Я хочу, чтобы ты увидел меня», — кричал внутренний голос, но я этого не сказала.

— Я хочу, чтобы ты уважал то, что я сама принимаю решения. Если я скажу, что Кэмерон может прикасаться ко мне, ты не сможешь позвонить Тристану и отменить мое решение.

— Это Тристан отменил твое решение. Не я.

— А кто позвонил Тристану? А? Как будто я не в состоянии думать самостоятельно.

Соломон был таким сдержанным, но мое последнее замечание подействовало на него как спусковой крючок, и он прошипел: