Он отлетел подальше, чтобы дать льду застыть, вернулся, поправил оплавившиеся части и одним молниеносным движением смахнул остатки замерзших капель.

Вот так лучше. Особенно если любоваться с безопасного расстояния.

Слишком большого расстояния. И если для созерцания ледяных творений это не помеха, то для той роли, что он выбрал для себя, – препятствие, и существенное.

Тяжело быть императором, когда твои подданные не могут даже приблизиться. Что же, многие земные владыки отдали бы половину своих владений за способность убивать ослушников одним недовольным взглядом.

Он мысленно усмехнулся. На демоническом лице мимика невозможна, но Александр по привычке представлял себя в человеческой форме. Впрочем, не только по привычке. Чародейка, вернувшаяся в Пустошь после месяца отдыха в своем мире, предположила, что память сохранится лучше, если ее периодически обновлять, прокручивая перед внутренним взором.

И тело. Скорее всего, его стабильность напрямую связана с тем, насколько хорошо див его помнит. Не только внешность, но и мельчайшие ощущения. Как дышать, как ходить. Как говорить.

А еще чародейка привезла самое важное – согласие императрицы. Александр почти не сомневался, что получит его. Но все равно обрадовался. И не только потому, что появится возможность изредка отдыхать от унылых и однообразных ледяных пейзажей. Самое главное, юная его преемница должна постепенно свыкнуться с мыслью о том, что «русское чудовище» все еще защищает ее и страну.

Отвлекшись на размышления, он на миг ослабил контроль над силой, и ледяной орнамент немедленно потек ручьями, а внизу моментально образовалось натуральное озеро.

Плохо. Очень плохо.

Как же несложно, оказывается, удерживать под контролем силу в человеческом мире. Механизм, отлаженный тысячелетиями эволюции обоих миров.

Достаточно максимально сосредоточиться, сконцентрировать энергию один раз, в момент перехода через коридор, и потом контроль работает почти сам собой. Расходуя при этом настолько ничтожно малый ресурс сознания, что на него можно и вовсе не обращать внимания.

Так люди не замечают, как они дышат или глотают слюну.

Здесь, в Пустоши, дела обстоят совсем иначе. И неудивительно – развитие ледяного мира дало своим чадам ровно то, что необходимо для выживания. И даже этот мешающий сейчас силовой фон изначально нужен для того, чтобы отпугнуть врага, почуять его прежде, чем враг почует тебя, или убить, не приближаясь и не рискуя самому получить травму.

«Ваше Величество, мы нашли его», прозвучало в голове. Вот и еще один плюс его мощи. Где бы он ни находился, подданные всегда могут найти своего императора.

«Я возвращаюсь», предупредил Александр. Он поднялся выше и на некоторое время завис над горой, слушая веселый шум сбегающих с кручи ручьев. Этот звук был приятен и напоминал о весне в человеческом мире.

Все, теперь можно возвращаться.

Он снова собрал всю свою энергию, усилием воли стянув ее в тугой узел, и направился к дворцу.

Вокруг было тихо. Стратег, как обычно, отогнал суетящихся над ледяными башнями дивов на безопасное расстояние. И это было еще одной досадной мелочью: ворота приходилось открывать самому, и красивые витражи от этого портились. Но ничего. Сейчас он займет свое место на троне в защищенном зале, и всю красоту мгновенно восстановят.

Он закрыл за собой толстенные ледяные створки и опустился на трон.

И подумал, что хотя бы ради возможности вот так отдыхать стоило затеять масштабное строительство.

За прозрачным ледяным стеклом, разделяющим тронный зал на две половины, появились тени. Сначала смутные, искаженные отражением в тщательно отшлифованных ледяных колоннах, они постепенно обрели очертания, и наконец перед троном предстали Стратег и еще трое дивов. Точнее, двое держали в когтях третьего, вяло трепыхающегося и издающего довольно жалобные звуки. Похоже, бедняга не только серьезно ранен, но и совершенно не понимает, куда и зачем его приволокли. Страх ощущался даже через слои льда.

Александр пленника хорошо понимал. Это был див первого класса и довольно высокого уровня, не ниже пятерки. А значит, скорее всего, прежде он находился в составе армии «Освободителя». И хорошо помнил принятые там порядки: раз не сожрали на месте, участь пленника будет во сто крат хуже.

– Оставьте нас, – велел Александр, и дивы, бросив раненого на постамент из защищенных плит, молча исчезли в тенях колонн.

Пленник взвыл и начал отползать, пытаясь скрыться в какой-нибудь щели.