Конечно, часть про то, что он всё оплатит, мне понравилась, но продавать свое тело ради шмоток я точно не намерена! Если уж чему меня жизнь и научила, так это давать отпор всем, кто на тебя наезжает.

Поэтому пока он там пялится снова на моих близняшек, замахиваюсь со всей силы. И как только он снова поднимает свою голову, даю ему леща.

— Ненормальный! — попутно выкрикиваю, пока моя ладонь летит к его лицу.

Но Рик с легкостью перехватывает мою руку.

Гадство!

Сжимает моё запястье и ухмыляется.

— Может, дослушаешь хотя бы… — говорит напыщенно.

— Вот еще! — парирую я в ответ.

И пока этот придурок расслаблен, со всего маху заезжаю по его паху. Ногой!

Ну что, дорогой извращенец? Не ожидал?

Рик отпускает мою руку, краснеет, потом синеет, потом…

— Да твою ж дивизию! — выкрикиваю я.

Он падает на землю. Пытаюсь его удержать, но такую махину мне не поднять, это уж точно! Кажется, я переборщила. Падает прям в лужу, корчась от боли.

— Ох, прости, прости, — начинаю паниковать, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу.

Оглядываюсь — вокруг никого. Никто не поможет. Рик пытается сделать вдох. Не выходит. Он задыхается!

— Что же делать, что делать… — паникую, хватаясь за голову.

Не паниковать!

Быстро прокручиваю в голове все свои воспоминания. Помню, когда писала детектив про убийство в море, мне пришлось пойти на курсы первой помощи. Просто чтобы знать, как спасать тонущего. Но Рик же не тонет, а задыхается! Что делать, что делать…

— Ай, пофиг! — выкрикиваю я и падаю рядом с ним на колени, разбрызгивая грязную воду.

Закрываю его нос рукой и впиваюсь в его губы.

Вдох, выдох, нажим!

Вдох, выдох, поцелуй!

Так стоп! Какой еще поцелуй? Почему его язык у меня во рту? Ладно. Продолжаем…

Вдох, выдох, поцелуй!

А это оказывается приятно. Делать искусственное дыхание намного проще, чем мне казалось. Его губы сначала холодные от дождя, но мгновенно нагреваются, отвечая на мое давление.

Я чувствую вкус мяты и мокрого асфальта. Его язык осторожно, но настойчиво касается моих губ, и по всему телу, до этого промерзшему до костей, разливается обжигающая волна жара.

До этого я так мерзла, а теперь кажется, мне очень жарко. Щеки горят, сердце колотится где-то в горле. Приобнимаю лицо Рика своими руками, пальцы невольно запутываются в его мокрых волосах.

Чуть не прибила. Ну надо же…

Наконец останавливаюсь и смотрю на извращенца. Лежит, тяжело дышит, смотрит на меня не моргая. Его карие глаза потемнели, зрачки расширились.

На душе становится спокойней. Надо все-таки лучше контролировать мне свои эмоции. Хотя в данном случае он сам виноват.

— Жив… — выдыхаю я с легкой радостью, чувствуя, как дрожат колени.

Сажусь прямо и кладу руку на грудь в районе сердца. Которое чуть не выпрыгнуло в другую вселенную от волнения.

Рик всё ещё лежит. Странно.

— Ты как там?.. — спрашиваю с волнением.

Моргнул!

— Охренеть… — говорит на выдохе и тоже кладет руку на сердце.

— Ну ты уж прости, но как говорится, нефиг лезть к девушке с такими предложениями.

Он резко вскакивает. Теперь мы вдвоем сидим мокрые и грязные, рядом с огромной лужей, в окружении надоедливых голубей.

— Ты же даже не дослушала! — возмущается он, вытирая лицо рукавом. — С какими такими еще предложениями?

— Ну там секс и всякое такое… — ретируюсь я, отводя взгляд.

— Да сдался мне секс с такой ненормальной! — начинает кричать он.

А ведь казался таким спокойным, а теперь вот психует. Так и знала, что с ним не всё в порядке.

— Эй, выбирай выражения! — встаю на ноги ровно.

Пытаюсь отряхнуться, а потом бросаю эту затею, потому что вся грязь только сильнее размазалась по одежде.

Рик тоже выпрямляется.

— Ладно, проехали! — рычит злобно.

Похож на мокрого кота. Его шевелюра вся намокла и теперь он не так эффектно выглядит.

— Чего проехали-то?

— Отстань уже от меня, зря только время потратил на такую психованную… — ругается Рик, разворачиваясь.

Конечно, он имеет право злиться. Но я ничего не понимаю. Что там за предложение такое, которое я, видите ли, не так поняла.

— Ну прости. Ладно. Ну переборщила, запаниковала. Я когда волнуюсь, немного выхожу из себя.

— Немного?.. — искренне удивляется он, оборачиваясь.

Рик делает шаг вперед и снова скрючивается от боли. Пытаюсь помочь, но он откидывает мою руку.

— Сам справлюсь… — ворчит и снова пытается сделать шаг.

— Справится он, как же! — возмущаюсь в ответ.

Отмахивается. Ладно, перегнула, переборщила. Заслужила. Но как теперь мне жить с этим вопросом? Чего он хотел на самом деле?

— А может… — начинаю робко говорить. Рик оборачивается. — Начнем всё с начала? Ну типа привет и всякое такое.