1

Алисия

Хр-р-р-р…

Что это? Отбойный молоток в моей голове? Нет, звук идет не изнутри. Он где-то рядом. Громкий, басовитый и мужской.

Открываю один глаз. В комнате царит полумрак. Плотные шторы спасают от света. Голова раскалывается так, будто внутри застрял перфоратор.

Хр-р-р-р…

Снова. Теперь я точно понимаю, что это храп. И он доносится с другой половины кровати.

Сердце делает опасный кульбит. Резко сажусь. В горле пересохло, язык как наждачная бумага. Нащупываю на тумбочке бутылку. Глоток ледяной воды как моё спасение.

Первое похмелье за двадцать пять лет. И, клянусь, последнее.

Медленно, стараясь не дышать, поворачиваю голову.

На кровати лежит ОН.

Занимает добрую половину матраса. Торс обнажен. Мышцы пресса так и просятся на обложку журнала. Широкие плечи, мощная грудь, татуировка на предплечье — что-то кельтское, темное, загадочное.

Но мое внимание приковывает не пресс. А шевелюра! Густая, темная, с легкой волной. Вот же повезло мужику.

Кто он? И почему я просыпаюсь с ним в одном номере?

Оглядываю себя и замираю.

На мне мужская белая рубашка. Огромная! В ней можно утонуть, и я, кажется, тону. Подол доходит до колен.

Неужели я натворила нечто непоправимое?

В памяти вспыхивают обрывки: вечер, красное платье, каблуки, которые натерли ноги до мозолей. И чей-то низкий голос:

— Эй, милашка...

А дальше только черная пустота.

Быстро заглядываю под воротник. Фух! Белье на месте. Но где мое платье? То самое, за которое я отдала последние деньги и полдня простояла в примерочной?

Оглядываюсь — это гостиничный номер. Вокруг стерильная чистота. Никаких пустых бутылок. Только на стуле аккуратно сложены мужские брюки, пиджак и галстук. Рядом висит моя сумочка. Туфли стоят носок к носку.

Идеальный порядок. И это пугает больше всего.

Хр-р-р-р…

Храп повторяется. Глубокий, вибрирующий.

Мужчина слегка поворачивается во сне. Его огромная рука с татуировкой сжимает маленькую книжку в мягком переплете. Он спит, прижав её к груди, как реликвию.

Любопытство убило не одну кошку, но я рискну.

Подкрадываюсь на цыпочках. Хочется узнать хотя бы автора. Что читает этот качок? Осторожно, миллиметр за миллиметром, тянусь отогнуть его палец.

Держит мертвой хваткой! Но я упрямая. Буквы на обложке начинают проступать... Еще чуть-чуть...

И тут предательская капля пота скатывается с моего виска и шлепается ему прямо на тыльную сторону ладони.

Твою ж мать!

Мужчина вздрагивает. Храп обрывается.

Встречаться с ним лицом к лицу? С похмелья? В его же рубашке? Да ни за что!

Вскрикиваю. Срываюсь с места.

Рвусь к двери, роняя по пути сумочку. Подхватываю. Зацепляюсь ногой за туфли. Чуть не падаю, но удерживаюсь. Вылетаю в коридор.

Мягкий ковер глушит шаги, но сердце колотится где-то в горле, угрожая выпрыгнуть и сбежать первым.

Судорожно жму на кнопку лифта. Раз. Два. Три.

— Ну же! — кричу я бездушному механизму.

Двери открываются. Забегаю внутрь, тяжело дыша. Сердце колотится где-то в горле. Смотрю на свое отражение в зеркале: растрепанная, в огромной мужской рубашке, с дикими глазами.

Как я до этого докатилась? Как! Провести ночь с извращенцем и при этом еще и не помнить ничего.

— Вспомнила! — выкрикиваю сама себе.

Всё началось не вчера. Катастрофа началась несколько месяцев назад. С того самого утра, которое разбило мне сердце.

Берём с собой хорошее настроение, потому что мы начинаем наше приключение))

2

То самое утро

Солнце внаглую стучится в мое окно. Лучи бьют прямо на лицо. Я мигом соскакиваю с кровати и сразу же включаю компьютер.

Я Алисия Гауч. Пишу детективные романы под псевдонимом Алекс Трулав. Это моя жизнь, мой доход и моя душа. И вот выходит моя новая история «Курортный обман».

Новая книга — это всегда так волнительно. Я жду восторгов. А получаю вот это:

«Алекс! Я разочарован. История слишком наивна. Сюжет развивается плохо, персонажи не раскрыты. В конце намекаете на второй том — это излишне. Устраните сюжетные дыры, тогда, может быть, и покажете миру что-то достойное».

Один отзыв. Всего один, но зато какой. Он уничтожил меня полностью. Слова порой могут ранить сильнее, чем меч.

Это утро я никогда не забуду. Мой роман с треском провалился всё из-за одного треклятого отзыва.

Я не написала ни строчки с тех пор. Творческий ступор, долги, красные строки в квитанциях.

И, кажется, уже ничто не сможет мне помочь.

— Затяжной творческий кризис! — констатирует моя лучшая подруга Натали, сидя за кухонным столом с кружкой кофе. — Предлагаю сходить в кафе и развеяться. Ты слишком долго сидишь дома и смотришь в пустой экран.

Натали Кропотова — юрист. Высокая, стройная, с идеальным каре и холодным расчетливым взглядом. Моя полная противоположность.