Хмыкает как-то злорадно в мою сторону. Открывает рот, чтобы ответить, и именно в этот момент. В этот самый злощастный момент на всей скорости мчится машина. Прям в огромную лужу рядом с нами.

— Берегись! — выкрикиваю я.

Но поздно. Нас с Риком окатывает огромная грязная волна. Буквально с ног до головы. Просто полностью. Ледяная, мутная вода с запахом бензина сбивает с ног. Стоим друг напротив друга ранним утром, мокрые, грязные, в окружении голубей, которые, кажется, над нами ржут, не скрывая этого.

Рик злобно смотрит на меня с прищуром. Капли стекают по его лицу, капая с кончика носа. Потом он поднимает указательный палец и тычет прям в меня.

— Ты! — рычит как злобный зверь, как мокрый злобный зверь. — Это всё ты!

Ой, мамочки, что-то мне страшновато. Он делает один уверенный шаг в мою сторону. Кажется, надо бежать!

Татьяна Донченко

Клубничный щербет для турецкого босса

Один постоялец. Один поцелуй. И вся жизнь летит кувырком.

Аделине 25, она владеет старым полуразвалившимся отелем, делает лучшее мороженое в городе и отчаянно пытается не утонуть в долгах.

Сестра требует продать семейный отель, банк грозит конфискацией, а кот-террорист методично уничтожает остатки ее душевного равновесия.

И тут в отель заселяется он. Селим Йылмаз. Турок с глазами цвета горького шоколада, мозгами программиста и улыбкой, от которой хочется забыть про приличия.

Он снимает номер на месяц, платит вперед наличными и совершенно не скрывает, что Аделина ему интересна. Очень интересна.

Проблема в том, что Селим приехал не просто так. У него есть задание от босса. Секретный проект. И отель Аделины – его главная цель.

Романтическая комедия с турецким акцентом

8

Рик

Открываю дверь, пропускаю Алисию внутрь. Неуверенно проходит, сжимается вся, как испуганный котенок.

— Значит так! Слушай меня внимательно… — командую строго.

Алисия стоит, дрожит и послушно кивает.

— Полотенце слева, сухая новая одежда справа на полке, тапки надеть! Ничего лишнего не трогать, полки не открывать, — выдаю команду одну за другой, потому что с этой ненормальной по-другому просто нельзя.

— Да сэр, да! — язвит негодница и захлопывает дверь в ванную.

Устало вздыхаю. Надо что-то делать со своим воспитанием. Не смог оставить её мокрую мерзнуть на улице, а как выяснилось, её дом почти в другой стороне города. Заболеет же! Но почему мне не всё равно? Зачем только привёл её в свою квартиру?

Слышу, как начинает шуметь вода, а потом скрипит дверца шкафчика. Вот же непослушная!

Решаю забить на это. Сил не осталось с ней спорить.

Купил наспех лофт на последнем этаже комплекса. Всё обставлено в квартире по минимализму. Сажусь в кресло и жду, когда она выйдет.

Решили так: составим официальный договор. Всё пропишем досконально, а за невыполнение — штраф.

С меня — подготовить Алисию к охмурению какого-то там араба.

С неё — сыграть роль моей девушки. Фотки, сообщения и пару раз засветиться перед Николаем, чтоб уже отстал со своими этими свиданиями. Мне надо ещё как минимум два офиса открыть, развить новое направление и проконтролировать инвестиции, а не вот это всё.

Быстро составляю всё на бумаге. Распечатываю. Остается только подписать.

Алисия выходит. Уверенно садится напротив. Смешно так смотрится в моей одежде: футболка висит как платье, а штаны она закатала, но всё равно они ей велики, приходится придерживать их рукой. Все вещи выдал ей новые, не распакованные, недавно только купил при переезде.

Вчитывается. Проверяет каждое слово.

— Что? Если нарушу договор, должна выплатить сколько там?.. — считает нули. — Совсем что ли с ореха рухнул!

— Во-первых, с дуба, — поправляю её. — А во-вторых, это чисто затраты вернуть, ничего лишнего не начислил.

Морщится, ворчит, щёлкает ручкой.

— А если ты нарушишь? — сомневается.

— Исключено! — тут же отвечаю.

— Но всё же…

— А чего ты хочешь?

Сейчас попросит компенсацию. Посчитывает, наверное, в уме, сколько с меня можно содрать. Осматривает квартиру, пытается вычислить. Терпеливо жду.

— Если не выполнишь условия, то перекрасишь квартиру в розовый. Наклеишь единорогов на стены, везде разложишь мягкие подушки-игрушки, которые я выберу. В углу вон там, — показывает рукой на пустое место, — поставишь шкаф с книгами. И будешь так жить минимум год, нет, лучше два! И ботинки!

— Какие ещё ботинки? — морщусь, представляя перекрашенные стены.

— Красные! Будешь ходить в ярких красных мокасинах.

— Ты вообще в своём уме? Может, просто компенсацию?

— Не-а, ботинки и ремонт, — говорит Алисия, сложив руки на груди. — Либо так, либо договор отменяется. У тебя здесь очень скучно, ты в курсе?

Нормально у меня здесь! А книги я припрятал на всякий случай. Нехотя соглашаюсь и добавляю этот пункт в договор. Лучше бы денег просто попросила.