— Вы двое не помогаете.

Слабая попытка призвать к миру. Честно говоря, ей было плевать на дружбу с рыжим олухом. Но чего она точно не хотела — так это чтобы голос Арбитра снова загремел в голове, вещая очередные банальности о необходимости единства. И дополнительных сюрпризов ей тоже не хотелось.

И, разумеется, именно его она и получила.

Быстрее удара молнии небо над головой вспыхнуло жаром и светом. Верхушки деревьев объяло пламя, огонь пронесся по кронам палящей волной. Жар обжег кожу Элирии даже с земли, когда языки пламени взметнулись вверх и в стороны, уходя в синеву неба.

Огонь и не думал гаснуть. Пламя сузилось в линии, пересекающие небосвод. Языки огня плясали в воздухе — прекрасные, тлеющие нити, соединяющие кроны деревьев со зданием и дверями, из которых они вышли.

— Гаэль? — недоверчиво спросил Сайрен.

Она качнула головой, её огненно-рыжие волосы почти светились:

— Это не я, но дайте мне посмотреть, что я могу… — Она взмыла в воздух прежде, чем успела договорить; её оранжевые крылья мерцали, пока она летела к кронам.

Седрик, стоявший справа от Элирии, напрягся, когда Гаэль осторожно протянула пальцы к нитям огня. Его рука метнулась к груди. Элирия заметила это движение краем глаза и чуть повернула голову, чтобы разглядеть его получше, не привлекая внимания. Она так старалась игнорировать его, не смотреть, не думать о нем. Ей хотелось, чтобы они оба забыли ту катастрофическую встречу в лунном свете.

Но она не могла проигнорировать выражение его лица — восторг, с которым он наблюдал за тем, как Гаэль пытается… что ж, Элирия не была уверена, что именно та пытается сделать, но Гаэль явно использовала свою магию.

И Седрик замер словно завороженный.

— Разве это ее не обожжет? — спросил он.

— Она заклинательница пламени, — ответила Элирия, будто это само по себе все объясняло. Так и должно было быть. Для того, кто якобы всю жизнь готовился к смертельному состязанию с врагом, рыцарь казался поразительно наивным в вопросах арканийской магии. Ему следовало знать, что устойчивость к ожогам — лишь одно из многих преимуществ владения магией огня.

«Если бы нам всем так повезло», — подумала она, подавляя позыв погладить свои бедра.

Гаэль вскрикнула, когда пламя наконец улеглось. Расправив крылья, она начала хаотично кружить в воздухе. Элирия поняла, что заклинательница потеряла контроль, когда Гаэль быстро понеслась к земле. Слишком быстро.

Элирия почувствовала, как Седрик рванул с места, бросаясь к падающей фейри, чтобы поймать ее. В то же мгновение Сайрен выбросил руку вперед: легкий порыв ветра взмыл вверх навстречу барахтающемуся телу Гаэль, замедляя падение. Она мягко опустилась на руки Седрика.

— Что это было? — спросила Элирия; в ее голосе звучало недоумение, когда она подбежала к ним.

— Ловкая магия, — проговорила Гаэль, и восторг в ее голосе боролся с горечью, пока Седрик опускал ее на землю. — Но жуть какая неудобная. Полеты нам точно больше не светят.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Седрик, и Элирия подавила искушение рассмеяться от его очевидного облегчения.

— Огонь сжег какой-то барьер. — Она указала на небо. — Магия зацепила меня, стоило пламени погаснуть. И я больше не могла летать.

Элирия нахмурилась и высвободила крылья, с гордостью отметив отвалившуюся челюсть Седрика. И действительно: стоило ей попытаться оторваться от земли, как невидимая сила стала давить сверху, прижимая ее вниз.

— Отлично. — Элирия повернулась к Сайрену. — Не думаю, что Испытанию понравился твой план, Сай.

Кит хохотнула:

— Вот именно. Как-то не очень в духе «единства».

Крылья Сайрена раздраженно затрепетали, прежде чем он сложил их за спиной:

— Не говори об Испытании так, будто это живое дышащее существо.

«А разве нет?» — пробормотала Элирия про себя, щурясь на небо. Она думала, что ее никто не слышит, но когда опустила взгляд, Седрик смотрел на нее с замешательством.

Гаэль сделала шаг вперед, разглядывая стену деревьев, словно пытаясь увидеть, что за ней:

— И что теперь?

Элирия подошла ближе к стене, снова оглядывая перепутанную массу корней и шипов:

— А что нам еще остается? — Она вздохнула, перекинула посох через голову, бросив его на траву, и плотно прижала крылья к спине. — Дайте мне попробовать еще раз.

— Ты уверена, что… — Седрик осекся под опасным взглядом, который метнула в него Элирия.

Выставив обе руки перед лицом, Элирия растопырила пальцы. Зажмурилась. Позволила своему сознанию погрузиться глубже травы, глубже почвы — в самое сердце земли. И потянулась к магии, которую ощущала гудящей внутри каждой извивающейся лозы, каждого узловатого корня. Сила была слабой, скрытой за завесой. Но она была там. Мелодия жизни, вплетенная в ткань всех диких вещей — гимн роста и потенциала.