— Я не могу бросить тебя здесь! — Едва ли можно было разобрать ее ответ сквозь скрежет стали о зубы.

— Слушай его, девка! — зарычал Трайгг, рванув вперед с занесенным молотом. — Я проведу твоего рыцаря мимо этой паскудной твари!

Дракон откинулся назад, фыркнув, словно его позабавила мысль о поражении. Его хвост рассек воздух с бешеной скоростью; гул пронесся над Трайггом и устремился к Седрику. Рыцарь заметил удар мгновением позже, чем нужно. Хотя он успел увернуться от шипастой булавы на конце, тяжесть самого хвоста врезалась ему прямо в корпус, отправив в полет. С глухим ударом он врезался в каменный пик, и меч выскочил из пальцев.

Боль вспыхнула в ребрах, белые вспышки затянули края зрения. Ему показалось, что на затылке расплывается что-то теплое и липкое.

Впрочем, времени проверять не было: огненный взгляд дракона намертво зафиксировался на Седрике, скрючившемся у основания скалы. За спиной твари Зефир кралась вперед, словно собираясь броситься ему на помощь, и его глаза расширились в немом предупреждении. Что она делает?! Никто из них не был соперником этой твари, это было очевидно. Лишь благодаря чуду грудь Седрика не проломило силой этого удара. Зефир нужно было воспользоваться тем, что тварь отвлеклась на него, и прорываться сквозь арку!

Трайгг выбрал именно этот момент для атаки. Подняв молот высоко над головой, он заорал:

— Попробуй проигнорировать меня теперь, уродливая ящерица!

Дракон взвыл, когда гном обрушил свое оружие на его заднюю лапу. Тварь мотнула головой к источнику боли, даруя Седрику заветную секунду, чтобы отползти.

Он цеплялся за эту возможность, игнорируя расплывающиеся перед глазами звезды, и рванул к месту, где упал меч. Пальцы сжали рукоять ровно в тот момент, когда хвост дракона сметнул Трайгга с ног, отправив его прямо на Зефир. Оба рухнули на землю клубом спутанных конечностей и оружия.

Затем дракон снова повернулся к Седрику, фыркнув звуком, подозрительно похожим на насмешку.

Седрик встал в стойку, вскидывая меч. Зверь рванул к нему, когти рассекли воздух. Ребра кричали от боли, но Седрик развернулся, подставляя лезвие под удар. Сталь со скрежетом прошлась по чешуе, снопы искр озарили ночь, пока он отбивал атаку.

Рыча, дракон поднялся на дыбы, заставив Седрика отступить, чтобы не быть раздавленным, когда тяжелые лапы рухнули на землю с громовым треском. Стоило ему коснуться почвы, как Седрик перекатился вперед и вогнал меч снизу вверх — прямо в мягкое брюхо.

Вопль боли вырвался из пасти звера, и на секунду показалось, будто он может отступить, сбежать.

Он не сбежал.

Он замахнулся. И прежде чем Седрик успел сообразить, что происходит, его снова впечатало в скалу, а тяжелая лапа дракона прижала его поперек груди. Он захрипел, когда давление выбило весь воздух из легких. Тьма поплыла перед глазами. Меч выпал из ослабевших пальцев.

Седрик был уверен, что кто-то (Трайгг? Зефир? Оба?) что-то кричит, но звук казался далеким, приглушенным. Все, на что его хватало, это продолжать дышать.

Горячий, зловонный воздух обжег кожу, когда дракон приблизил морду настолько, что Седрик увидел свое отражение в блестящей черной чешуе. Кровь струилась по шее, окрашивая воротник под доспехами в багровый. Его глаза потемнели, щеки впали.

Первое испытание. Он не смог пройти даже первое испытание. Тоже мне, чемпион.

Дракон откинул голову назад, и Седрик четко услышал звук высекаемой искры в глубине его глотки. Ему почти захотелось рассмеяться. Пожалуй, из всех способов, которыми монстр мог оборвать его жизнь, сгореть в драконьем огне — не самый худший. По крайней мере, это быстро. Лучше так, чем быть съеденным заживо и задохнуться в брюхе твари или быть медленно разорванным зубами и когтями. И, возможно, Зефир и Трайгг все еще успеют прорваться к воротам, пока дракон занят своим рыцарским обедом.

Признаться, эта мысль не принесла особого облегчения.

Послав немую молитву Аурелии в пустоту, Седрик собрал волю в кулак и впился взглядом в дракона, даже когда огненное сияние разгоралось в пасти монстра. Он надеялся, что лорд Черч поймет: он пытался. И надеялся, что готовность встретить смерть с открытым забралом зачтется ему в Потустороннем мире.

Но прежде чем пламя успело вырваться из пасти дракона, что-то пронеслось перед глазами Седрика. Осколки камня и пыль обдали лицо, когда резной посох вонзился в скалу прямо над его головой. Силуэт перемахнул через него со спины. Обутая в сапог нога врезалась в челюсть дракона. Голова твари дернулась вбок.

Мучительный рев вырвался из глотки зверя, едва пламя вырвалось из его открытой пасти. Жар опалил кончик уха Седрика, когда оранжевый драконий огонь пролетел мимо — в каких-то двух шагах от того, чтобы испепелить его целиком.