Мои мысли рассеиваются, когда машина выезжает на дорогу. Несмотря на тряску, мои ноздри наполняет сильный, свежий воздух. Я закрываю глаза и откидываю голову назад, позволяя волосам лететь по ветру.

Крик и смех бурлят внутри меня. Я позволяю воздуху проникнуть в себя и улыбаюсь, чувствуя беспрецедентную свободу до самых костей. Что-то похожее на стон смешивается с улыбкой и срывается с моих губ.

Покашливание вырывает меня из дремоты.

Я открываю глаза, и моя улыбка исчезает от интенсивности выражения лица Ястреба. Он так сильно сжимает руль, что я боюсь, что тот сейчас сломается.

— Перестань это делать, — говорит он низким, хриплым голосом.

— Что?

Он не сводит глаз с дороги.

— Ты отвлекаешь.

Я прикусываю нижнюю губу.

— Я просто никогда раньше не ездила в кабриолете. Я всегда хотела это сделать.

Он задумывается на мгновение.

— Почему не сделала?

Я пожимаю плечом.

— У меня не было времени.

Ложь. Настоящая причина в том, что я хотела делать все эти мелочи с ним, поэтому, когда его вырвали из моей жизни, я потеряла желание делать что-либо.

Мы прибываем в центр маленького городка через двадцать минут езды. Там карнавал, деревенские жители поют и танцуют под фольклорную музыку.

Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на них, чувствуя головокружение, которого не ощущала уже давно. Ястреб обнимает меня за талию и притягивает ближе. Не знаю, чтобы я не сбежала или потому, что он заметил, как я пошатываюсь. В любом случае, я таю в жестком изгибе его тела и греюсь в его тепле.

На мгновение мы как нормальная пара, смешиваемся с туристами и обнимаемся, словно не можем оторваться друг от друга.

Мы немного ходим по магазинам. Я покупаю несколько вещей и переодеваюсь в мягкое желтое летнее платье без бретелек и сандалии на плоской подошве. Я даже покупаю подходящую большую шляпу и солнцезащитные очки в белой оправе. Когда я выхожу, голодный взгляд Ястреба пробуждает во мне глубокую женственность. Я хочу быть такой красивой, чтобы он не видел никого, кроме меня.

Я замечаю, как французские продавщицы хихикают и хлопают ресницами в его сторону. Возможно, я усложнила им работу, примеряя каждое платье и перекладывая все, к чему прикасались мои руки.

Он оплачивает все мои покупки своей международной, не отслеживаемой картой. В одном из магазинов я чувствую себя достаточно сильной, чтобы ходить и даже немного пробежаться. Это идеальная возможность сделать тот самый звонок.

Я прошу продавщицу дать мне телефон, чтобы якобы найти свой. Она без колебаний отдает его. Поскольку я оставила Ястреба у кассы, я выскальзываю из примерочной, прикрывая лицо пакетом «H&M».

Оказавшись снаружи, я набираю Молли. Она снимает трубку после двух гудков.

— Международный французский номер. Тумани?

— Да, — мой взгляд следит за окружением. Скоро Ястреб заметит мое отсутствие. — Там все в порядке?

Молли рассказывает мне, что Ястреб убил ученицу Яда, которая пыталась совершить на меня покушение, и что он, возможно, является причиной смены поведения Крофта в отношении «Le Salon».

Когда Молли заканчивает, у меня в голове полная каша, но нет времени просить подробности.

— Джессика и Сара? — спрашиваю я.

— Они в порядке, — фыркает Молли. — Просто скажи, где ты точно находишься , и я приеду за тобой.

— Сейчас это неважно, Моллс. Мне нужно вытащить Инка, и ты - единственная, кому я могу это доверить.

— Я твой человек, или не человек, или кто угодно.

Через витрину магазина я замечаю Ястреба, разговаривающего с девушкой, которая дала мне телефон.

— Черт. Мне пора идти, Молли.

Я вешаю трубку, прежде чем она успевает что-то сказать. Я бегу обратно в магазин, когда что-то резкое вонзается мне в бок.

Тень проносится мимо с пакетом. Я хватаюсь за бок и падаю коленями на тротуар.

Рычащее лицо Ястреба последнее, что я вижу, прежде чем все превращается в туман.

 

 

Глава двадцать вторая

 

 

 

Никто, кроме меня, не смеет трогать то, что принадлежит мне.

 

Всё внутри меня призывает найти эту мразь, вырвать его сердце и размозжить ему голову. Однако женщина, лежащая на тротуаре с выражением боли на лице, заставляет меня остановиться как вкопанного.

Я рывком поднимаю Туман за плечо, обнажая зубы в оскале.

— О чем ты, черт возьми, думала? Я же сказал, что ты нашпигована трекерами. От меня нельзя сбежать, черт побери!

— Я не убегала, — она указывает на телефон, лежащий на тротуаре, и хватается за бок. — Ох…

Мои зубы скрипят, словно ее боль - моя собственная. Я поднимаю ее и перекидываю через плечо. Она вскрикивает, но я уже бегу в сторону этого ублюдка.

— Ястреб, что ты делаешь? — она делает судорожный вдох.