Дома максимум проблем был от теткиных воплей, истерик моих сестер. Но все то было терпимо. Даже заниматься получалось. А сейчас — что?

Пока плохо представляю, как дальше. Меня так сильно потряхивает, что кажется, вот-вот наизнанку вывернет от волнения.

— Мне… плохо, — говорю, судорожно сглотнув. — Пожалуйста, я… мне обратно нужно.

И лучше бы правда — домой.

Но сегодня так точно не повезет.

— Ну идем, — бросает Ахмедов.

Отдает пистолет Лёве, который как раз к нам подходит и снова заговаривает с ним:

— Отойди от нее, — повторяет друг. — Ты видишь, что ей плохо?

— Вижу, — выдает Марат без эмоций.

И подхватывает меня на руки.

— Идем, — добавляет.

Лёва смотрит на него как обалдевший. Стискивает пистолет.

— Я же сказал, — замечает. — Отпусти…

— Отпущу, — обрывает Ахмедов, шагая вперед, в темноту. — Когда вернемся в академию. А пока лучше так.

Друг снова пробует заговорить.

— Ты лучше за стволом следи, — отрезает Марат.

На этом разговор и обрывается.

Не хочу, чтобы Ахмедов держал меня. Даже теперь, когда мне действительно нехорошо, и одной идти было бы тяжело. Не хочу, чтобы трогал.

Однако сил на сопротивление нет.

А еще понимаю, что чем быстрее мы отсюда выберемся, тем лучше. Он, конечно, распугал тех парней. Но кто знает, что еще может случиться?

Мы посреди ночного леса. Тут могут быть и другие хищники. какие-нибудь животные. Волки, например.

Стараюсь не думать о том, что Ахмедов меня держит. Прижимает к горячему мощному телу. Наощупь он будто скала. Но камень прохладный. А от него исходит жар.

Морщусь. Невольно веду головой.

Хочется меньше контакта. Хочется ничего не чувствовать.

Настраиваю себя на то, что едва переступлю порог комнаты, сразу пойду в душ. А утром заберу документы из академии.

Плевать на все. На учебу. На будущее.

После такого…

Нет, никакая учеба этого не стоит.

Слезы подступают к глазам. Горечь затапливает. Но я запрещаю себе плакать. Запрещаю себе быть слабой. Лучше пока ни о чем не думать.

Утром разберусь.

Прокручиваю в голове картины горячего душа. Немного отпускает. Однако тут будто назло голос Ахмедова вырывает меня из мыслей.

— Придешь на мою игру, — хрипло произносит он.

Что?

Вскидываю взгляд на него. Даже не понимаю, о чем сейчас речь идет. Какая еще игра…

— Матч, — заявляет Марат.

Он про хоккей?

Называет дату.

Ну да. На эту самую игру меня Лёва приглашал, и еще пояснил, что Ахмедов на лед не выйдет. У него запрет.

— Тебя же не будет, — говорю. — Тебе нельзя играть.

— Кто сказал? — оскаливается.

— Не знаю, — дергаю плечами. — Наверное, ректор.

— Твой дружок, — хмыкает, мрачнеет, впивается цепким взглядом в мое лицо и обманчиво мягко прибавляет: — Ничего, не волнуйся, Ася.

А в следующую секунду будто режет:

— Я всегда свое возьму.

51

Утром я уже в приемной ректора. Пишу заявление о том, что хочу прекратить учебу в академии. Зависаю над пунктом, где надо обозначить причину. Столько всего на ум приходит, что сразу не выбрать.

Убийство в универе.

Зэк в бегах, который спокойно разгуливал по коридорам.

Идиотские задания от элиты.

Ну и главное — поехавшие от безнаказанности мажоры. Эта сумасшедшая ночь. Одна из лаборантов подсыпала мне снотворное. А потом я очнулась в лесу. И чудом избежала расправы.

Кажется, будто попала в дурной сон и никак не получается от него очнуться.

Наивная. Когда только поступила сюда, думала, что главной проблемой станет учебная нагрузка. Один из сильнейших универов страны. Столько надежд. А в итоге теперь сама хочу отсюда сбежать. И учёба не играет тут никакой роли. С учебой у меня пока проблем нет.

Обидно уходить. Будто признавать свое поражение. Но что я могу сделать?

Ночью мне повезло избежать насилия, а может и чего похлеще. И до этого, наверное, тоже везло. Однако вечно на удачу рассчитывать не могу.

Нужно что-то решать. И срочно. Вчера я даже не стала спорить с Ахмедовым по поводу его игры.

Нет смысла. Отказы он не принимает. Но это не важно. К моменту матча уже вернусь домой. Не знаю, может быть чисто формально меня сразу отчислить не получится. Без разницы. Уеду в любом случае. Да я хоть пешком отсюда готова уйти.

— Подождите, — говорит мне секретарь, пробежав глазами заявление. — Без ректора мы не можем ничего решить. И вообще, Ася, вы уверены, что хотите подать это?

— Уверена, — отвечаю твердо.

— Лучше подумайте. Еще есть время…

— Нет, извините, но я не передумаю. Хочу уехать из универа сегодня.

— Присядьте пока, — говорит секретарь, кивая на кресло. — Ожидайте ректора. Он скоро должен быть.

— Хорошо, спасибо, — отвечаю автоматически.

После ночных «приключений» у меня в голове все будто в тумане. С трудом соображаю.