— Ась, ты что, меня совсем за дуру держишь? — раздраженно спрашивает Милана. — Хочешь, чтобы я поверила, будто мажоры без нормальных телефонов там торчат?

Для элиты свои правила. Они не рискуют вылететь за малейший проступок. Конечно, у кого-то есть мобильные.

У Ахмедова — так точно.

Вчера я пыталась от него отбиться именно беспроводной зарядкой. Вот что тогда с тумбы схватила. Только сейчас доходит.

Стоп. Почему этот псих постоянно в моей голове?

Морщусь, отгоняя непрошенные мысли.

— Аська, ты чего на морозе? — шипит Милана.

И говорит еще что-то, однако ее слова тонут в диких воплях моей тетки, которые сливаются с криками второй моей сестры — Ярины.

— Что там такое? — спрашиваю.

— Да ничего, — нехотя отвечает Милана.

Но вообще, это странно.

На своих дочек тетка не орет. Только на меня. Или из-за того, что меня больше нет под боком, ей приходится это иначе выплескивать?

— В общем, что по мажорам? — деловито интересуется Милана. — Когда ты меня с кем-то познакомишь?

Морщусь из-за очередной порции резких возгласов на фоне.

— Нет, Ярина, отвали… ай, ты чего? — слышится голос Миланы. — Нет, нет! Дай мне договорить.

Судя по звукам, Ярина отбирает у нее телефон.

— Ася, — цедит она так, что кровь толчком ударяет мне в затылок. — Это ты во всем виновата. Это все… из-за тебя. Поняла?

— Ты про что?

— Слушай сюда, сучка, — продолжает Ярина. — Ты должна достать деньги. Срочно. Для нового платежа. Мне плевать, как ты это сделаешь, но… ты должна оплатить лечение отца. Мать больше не собирается ничего платить в клинику. Значит, теперь твоя очередь. Смотри. Если что-то случится с отцом, если его отключат от аппаратов. Я тебя никогда не прощу. Поняла?! Будь ты проклята, дрянь. Это все… все из-за тебя!

8

Сердце обрывается от слов Ярины.

Она обращается ко мне так, будто это я была за рулем того грузовика, который влетел в автомобиль моего дяди.

Лихорадочно соображаю.

Тетка обещала, что подождет с платежами. Еще квартал. Да, она постоянно грозилась, что перестанет платить. Но…

Этот месяц? Так быстро?

— Дай, пожалуйста, трубку матери, — говорю. — Мне надо с ней все обсудить. Мы же иначе договаривались.

— Ты меня слышала! — визжит Ярина. — Слышала!

Больше ничего добиться от нее не выходит.

Вскоре Милана забирает телефон у сестры, а дальше раздается грохот закрываемой двери.

— Колись, — говорит. — С кем ты успела познакомится?

— Милан, насчет дяди…

— Даже говорить про это не хочу.

— Милана.

— Нет, Ася, ты мое мнение знаешь. Его надо было отключить еще несколько лет назад. Нет смысла втупую сливать деньги.

— Это же, — сглатываю с трудом. — Твой отец.

— И что? Врачи не давали хороших прогнозов. Не знаю, почему мать так долго с этим тянула. Он же… ну он же и так считай мертв.

Голос у нее прохладный, равнодушный. И когда Милана привычным образом переводит разговор обратно к «мажорам», мне кажется, меня накрывает тихая истерика.

Пусть Ярина обвиняет во всех смертных грехах, но она хотя бы не рассуждает вот так, цинично, прохладно.

— Как ты можешь? — вырывается у меня невольно.

— Что?

— Если есть шанс, даже незначительный…

— Нет никаких шансов! — взрывается Милана. — Врачи только деньги из матери тянули. И знаешь, я правда не понимаю, почему мне вдруг должно быть не наплевать. Отец класть на меня хотел. Это с тобой он носился. Все твои прихоти выполнял.

— Что за бред ты несешь?

— Как есть! Я все отлично помню. Вы с Яринкой младше были, вот и забыли. Но у меня проблем с памятью нет. Иногда вообще казалось, это ты ему родная дочка. А мы так… ни о чем.

— Глупости, — вылетает.

— Да ладно, — хмыкает. — А кто знает? Может он тебя с любовницей нагулял. Потом притянул домой. Вот мамка и бесилась. Каждый день видеть память про то, как муженек рога наставил. Ты никогда не задумывалась о том, почему она тебя настолько ненавидит?

Повисает напряженная пауза.

И я не могу не думать о том, что в словах Миланы есть доля истины. Тетка меня не выносит. Только я и правда не помню, чтобы дядя хоть как-то выделял меня в прошлом. Особенно на фоне родных дочерей. Но после того, как он оказался в коме, моя жизнь резко перевернулась.

— Короче, не парься, — бросает Милана. — Отключат — значит судьба такая. И не советую тебе тратить деньги на бесполезное лечение. Он же все равно уже не очнется. Давай лучше решим, когда ты познакомишь меня с крутым мажором.

— Я тебе перезвоню.

Отключаю вызов.

Просто не выдерживаю.

Нет, я не готова так легко отказаться от того, чтобы помочь дяде. Когда я потеряла родителей, он забрал меня в свою семью. До тринадцати лет моя жизнь в его доме была идеальной. И если бы с ним ничего не случилось, если бы не та авария, наверное, и теперь многое было бы иначе.

Качаю головой. Глупо об этом думать.