Ее пальцы заледенели. Она перевернула книгу, чтобы прочитать аннотацию. Речь шла уже не о животных, а о людях. В ней рассказывалось о жестокости людей по отношению к своим собратьям и о всех средствах, которые их извращенные умы были способны придумать, чтобы причинить страдания. Леони быстро пролистала книгу, посмотрела на отвратительные рисунки,

затем бросила книгу на пол и подняла глаза на полку, с которой ее взяла, чтобы рассмотреть темные задники, которые ей открывались. Эта книга была не единственной в своем роде. Малькон не только любил охоту. Он также любил жестокость. Настоящий псих.

Эти зловещие находки зажгли сигнал в глубине ее сознания. Небольшую резкую нотку, которую гнев и жажда мести заглушили с момента звонка Тео Пакетта. Малькон... Его судьба была тесно связана с судьбой шахты. Он, должно быть, был одним из первых, кто вернулся на место после повторного открытия, и был заинтересован в том, чтобы промышленность развивалась еще больше в районе озера Вуд. Шербрук, где он дрался, находился недалеко от Монреаля... А что, если он был тем человеком, которого искали Тедди и она? А что, если это он был хищником? Монстр, в котором таилась порочность. Который, после того как напал на местных девушек, таких как Майя и она, перешел на новый уровень, поддавшись самым гнусным фантазиям. Когда человек вкушает запретное, он всегда хочет пойти дальше, раздвинуть границы... Он также вполне мог позаботиться о Никаму и Мешкену. Последний, кстати, работал на шахте. Они обязательно были знакомы.

Леони почувствовала легкий поток холодного воздуха на затылке. Возможно, он был вызван приоткрытой дверью. Она выключила фонарик, замерла, затаила дыхание. Ничего, ни звука, ни подозрительного скрипа. Искусственные глаза животных, казалось, впитали свет ее фонарика. Они продолжали излучать слабый свет и неподвижно смотрели на нее. Молодая женщина замерзла посреди этого леса враждебных существ, мира, который был тем более пугающим, что застыл в смерти. Внезапно огонь покинул ее. Возбуждение сменилось первобытным страхом. Животным.

Она снова подползла к окну. Убедилась, что снаружи ничего не изменилось.

Сквозняк исчез. Может, ей это привиделось? Она задумалась. Что ей теперь делать? Ситуация изменилась: теперь это было не только личное дело, это касалось всех тех коренных жителей, которым она намеревалась восстановить справедливость. Это касалось всей Канады. С помощью списка, предоставленного INC, у нее будет неопровержимое доказательство, что даты отпусков или поездок Малькона совпадают с датами исчезновений. Она поставит своего начальника перед свершившимся фактом, пойдет к прокурору сама со всеми уликами, если понадобится. Она пригрозит им, что все обнародует, если они откажутся возбуждать расследование, даже если ей придется пожертвовать своим значком. Все, кто был вовлечен в эту историю, должны были заплатить, чтобы служить делу. Чтобы страна знала об этом.

Она снова включила фонарик, на этот раз решив уйти. Ответственный за безопасность INC найдет свой дом разгромленным. Как он отреагирует? Поверит ли он в простое ограбление или поймет, что она причастна к этому? В любом случае, он поймет, что больше не в безопасности. Что хищник может стать добычей.

Хищник... Это слово зазвучало в ее ушах, когда она прошла мимо чучел животных. Никогда еще оно не имело такого смысла, как здесь, в логове человека, который любил охоту. Она резко остановилась. Ее разум только что открыл дверь, выведя на передний план ее сознания нелепую возможность. Безумную.

Полицейская взяла одну из маленьких рамок, снова посмотрела на странный тотем, который в ней находился, и разбила стекло. Она подняла предмет, осветила его на полную мощность, перевернула. То, что она тогда обнаружила, то, что ей показалось в тот момент, превосходило все, что она могла себе представить. На этой скрытой стороне осталась незаметная горстка черных волос, срезанных, без сомнения, острым лезвием. И две буквы были начертаны с помощью набора бусин, приклеенных с величайшей тщательностью: K и S. Как Kathia Saganash. Леони держала в руках кусок скальпа одной из пропавших.

Психологический барьер, созданный воспитанием и гражданственностью, все еще не позволял ей в это поверить. Она ошибалась, она бредила, это был всего лишь кошмар, из которого она скоро проснется. Она разбила три других рамки, и жестокая правда навязалась ей. Инициалы для каждого тотема. AC для Эйби Клири. MM для Мари Миус. И AG для Анжелун Джилл.

Сразу же в ее голове появились образы, как будто кто-то открыл кран под ее черепом. Она снова увидела портреты этих женщин, всех молодых, всех стройных. Газелей. Добычи. Она услышала свист стрелы, выпущенной из лука, и ее смертельный поцелуй в тот момент, когда она пронзила слои одежды и коснулась нежной кожи.

Она представила себе Малькона, затянутого в свою униформу, вырезающего скальп своим ножом, а затем размахивающего своим трофеем с криком, с лицом, покрытым кровью, и выставляющего его там, на своей доске трофеев.