— Мне пришлось установить электрический забор из-за этих проклятых собак, которые отравляют нам жизнь, — объяснил управляющий. — Надеюсь, их всех истребят. Время от времени одна или две бродят по окрестностям. Но я вас уверяю, у нас никогда не было проблем.

Леони повернулась к березовой изгороди, не совсем спокойная. В детстве она заблудилась в лесу — хотя прошла всего несколько метров — и поняла, что это живое и опасное место, которое смогли приручить только коренные жители. Нитассинан не был создан для белых.

— Каковы ваши клиенты? — спросила она, чтобы отвлечься от своих опасений.

— Сейчас у нас около пятнадцати туристов. Они приехали посмотреть северное сияние или покататься на вертолете. Но в основном в этом сезоне у нас останавливаются биологи, геологи, бизнесмены, работающие на шахте, а также много рабочих, которые хотят немного развлечься и выбраться из своих неудобных сборных домиков, особенно по выходным. У них есть деньги, которые они могут потратить, поэтому они ходят на рыбалку, катаются на снегоходах и занимаются другими развлечениями. В основном вы будете видеть именно их. В это время года заполняемость составляет около семидесяти процентов. Здесь все идет хорошо круглый год.

Леони вспомнила. Ее отец решил поселиться в Норфервилле, жить там с семьей в доме, предоставленном компанией, но большинство его коллег каждые две недели возвращались домой на самолетах, зафрахтованных INC. Остальное время они играли в карты в своих жестяных коробках и собирались в барах города, чтобы немного развеяться.

— Вы не замечали ничего необычного в поведении нашей жертвы? Вы никогда не видели с ней кого-нибудь?

— С самоуправлением тот, кто не хочет быть замеченным, становится невидимым. А поскольку она явно использовала вымышленное имя, я полагаю, что она хотела остаться незаметной. На самом деле я не знаю.

— А в ресторане? Когда вы видели ее в последний раз?

Гектор Лиотта остановился перед кодовым замком, погрузившись в раздумья.

— 14-го, кажется... Да, точно. Во время обеда.

14-го... Пьер Сиуи подал сигнал тревоги на следующий день. Морган Шаффран была убита в промежутке между 14-м в полдень и 15-м утром.

Лиотта достал ключ из ящика и открыл дверь шале. Он отошел в сторону, чтобы пропустить Леони. Отсюда не было видно ресторана, но можно было разглядеть отражение его огней на озере.

— Ваш брат заходил сюда?

— Он только быстро заглянул в комнаты, чтобы убедиться, что все в порядке. А вот ваш коллега в круглых очках приходил проводить осмотр.

Тео Пакетт отправил ему сообщение полчаса назад: он не обнаружил ничего примечательного в комнате жертвы. Простыни меняли каждый день, кровать застилали, пол мыли.

— А бунгало было открыто, когда вы пришли с братом?

— Нет. Она закрыла его и забрала ключ. Пол принес ключ, который нашел у нее.

Этот идиот сержант Лиотта явно не соблюдал никаких процедур. Она поблагодарила управляющего, сказала, что вернет ключ на место, а когда осталась одна, подула на руки, прижатые к губам, чтобы смягчить ожог. Когда ее глаза перестали слезиться от боли, она вошла в комнату.

Справа была кухня, слева — спальня и ванная комната. Она мысленно перечислила все, что видела. Телефонный кабель, все еще подключенный к розетке, шарф, скомканный на полу, пара тапочек на коврике. Немного еды в холодильнике, пачки макарон и риса, лежащие рядом с плитой. Посуда в раковине. Леони присела на корточки перед журнальным столиком рядом с диваном, быстро перемешала брошюры, валявшиеся на нем, и направилась в спальню.

Там чемодан Морган Шэффран был пуст и стоял рядом с кроватью. Полицейская открыла шкаф, осмотрела одежду, висящую на вешалках. Несколько утепленных брюк и комбинезонов для холодной погоды, но также, что было удивительно, очень элегантное платье, сексуальное ночное белье, кружевное нижнее белье, пара туфель на каблуках, сложенных в коробку. Совсем не тот стиль одежды, который обычно берут с собой в такое путешествие. Она сделала несколько фотографий и набрала номер Патрика.

— Леони... Я начал беспокоиться. Ну, как дела?

Она рассказала ему о Блу Ридж, озере, шале и кратко изложила первые результаты расследования. Труп, увечья, вскрытие, исчезнувшая печень... Голос ее спутника прозвучал в трубке. Ей показалось, что он находится на другом конце света.

— Ты держишься?

Она закрыла глаза. Вновь увидела ледяной взгляд Лиотты во время вскрытия. Ее пробрал дрожь.

— Мне кажется... это слишком для меня. Ты бы видел это тело, Патрик... Лицо посреди снега, красная дыра в животе. Это было безумием — отправить меня сюда одну. У меня нет опыта в ведении таких дел.

— Ты всегда хорошо справлялась. Ты умеешь обращаться с мужчинами, и я знаю, о чем говорю. Местные полицейские будут тебя поддерживать. Им тоже выгодно поймать того ублюдка, который это сделал.

Она подошла к окну, из которого открывался вид на черную массу леса. Затем, обеспокоенная, задернула маленькую занавеску.

— Мне нужно, чтобы ты поехал в Монреаль, — продолжила она. Судя по ее паспорту, она жила в доме на улице Курсоль, я пришлю тебе точный адрес в SMS.