— Не было. Я помню всех, с кем ходила на свидания. Их не так и много. Последнему хотелось съездить по морде прямо в ресторане. Тарелочницей меня обозвал, представляешь?! — она так заводится от злости на этого парня, что осушает бокал до дна.

— Мелочные дебилы. Не обращай внимания.

— Я кинула ему в лицо деньги и ушла. За свой ужин я прекрасно могу заплатить сама.

То, как она это произносит, у меня вызывает гордость. Эта девушка точно знает себе цену, и она уж точно не измеряется в денежном эквиваленте.

У меня телефон звонит. Один из приятелей вспомнил о моём существовании.

— Я на пару минут, — беру смартфон.

Варя кивает. Я подливаю ей ещё вина и лишь потом ухожу в спальню поговорить спокойно.

— Джексон, ты куда пропал? — спрашивает Уваров, стоит мне только нажать кнопку «Ответить». — Ждём тебя в клубе.

Слышно, как на фоне долбят басы и гудит толпа.

Спасибо, я уже сегодня сходил отдохнуть, — касаюсь разбитой губы. Но ему говорю:

— Я не приеду. Занят, — смотрю через плечо назад, чтобы увидеть Варю, но с этого места диван не просматривается.

— Завтра туса у Мельника. Приедешь? — продолжает приятель.

— Тоже без меня. Я вообще не в городе и не скоро вернусь.

— А куда ты свалил?

— Далеко, из Москвы не видно.

— Решил на море булки погреть? — смеётся он.

— Если бы. Работа у меня. Всё, пока! — сбрасываю звонок.

Не до тебя сейчас. Меня такая русалочка длинноволосая на диване ждёт, что все те, кто был до неё, меркнут в том блеске, что появляется у меня в глазах, когда я её вижу.

Угораздило же так влюбиться! Да ещё и с первого взгляда.

Дойдя до двери, я застываю. На лице самопроизвольно растягивается улыбка от милой сцены, которую я вижу.

Варя спит на диване, свернувшись клубочком, подтянув ноги к животу и обняв подушку. Волосы рассыпались по плечам. Несколько прядей закрывают лицо.

На столике стоит пустой бокал.

Алкоголь её так разморил или чувство безопасности в моей компании?

Неважно, она уснула, а значит, доверяет.

— Быстро же ты, — усмехаюсь и совершенно не злюсь на то, что она прервала нашу игру.

От этой мысли внутри становится неожиданно тепло.

Я медленно подхожу ближе, стараясь не шуметь. Накрываю её пледом, который висел на спинке дивана. Аккуратно, чтобы не разбудить, поправляю край, прикрывая обнажённые плечи.

Я присаживаюсь на корточки, чтобы рассмотреть её спящую.

Блин... Какая же красивая...

Хочется просто смотреть на неё, записывая каждую черту лица на подкорке мозга, чтобы потом мысленно касаться её кожи, ресниц, губ...

Варя тихо дышит и крепко прижимает к себе подушку.

У меня мурашки по спине пробегают от одного лишь взгляда на неё.

Осторожно пальцами поправляю ей волосы, чтобы не падали на лицо.

Она смешно морщит нос, словно чувствует прикосновение, но не просыпается, лишь только стискивает подушку и мычит что-то невнятное во сне.

Совсем легонько касаюсь её губ, которые весь вечер сводили меня с ума, но я их так и не попробовал.

Моя будешь.

Это уже даже не мечта, а утверждение. Я не отступлюсь. И пусть меня пугают, бьют, но эта девушка будет моей, и точка. Никто мне не помешает. А будут желающие — увезу в Москву.

Я не намерен её терять снова. Больше года мысли только о ней сводили меня ночами с ума. Я почти каждый день возвращался к тому пешеходному переходу, где сбил эту девушку, но так и не встретил Варю там. А когда совсем отчаялся — судьба преподнесла сюрприз.

Так что не отпущу. Сделаю всё, чтобы она в меня влюбилась.

Ольховский, это же не сложно.

Ещё раз коснувшись губ Вари, я поднимаюсь на ноги. Убрав со столика бутылку и пустые бокалы, я оставляю гореть в гостиной только одну лампу в углу. Если Варя внезапно проснётся, то поймёт, где она, и не будет паниковать.

Я же заваливаюсь спать у себя в комнате. Ну как спать... Глаза закрыл, а мысли всё вокруг неё крутятся.

Кажется, Ольховский, ты переборщил с желанием растянуть ухаживания. Уже всего выкручивает наизнанку от переполняющих чувств, а в паху просто горит от звенящего стояка. Тихо порычав в подушку, я отправляюсь в ванную избавляться от него. А потом в холодный душ, чтобы всё съёжилось до таких размеров, что не поднимется само собой.

Наверное, это помогает. Потому что как только я согреваюсь под одеялом в постели, меня вырубает, и просыпаюсь я от того, что где-то что-то громыхнуло.

Натянув джоггеры и протирая глаза после сна, я выхожу из спальни. Яркое солнце лупит прямо в глаза из большого окна, и приходится сощуриться, чтобы что-то увидеть.

Вари на диване нет.

Внутри сразу расползается разочарование — она ушла не попрощавшись. Но потом я замечаю её босоножки у столика.

Вряд ли она сбежала босиком. Здесь где-то.

— Варя? — пускаюсь на её поиски по апартаментам.

Она на кухне. Стоит у раковины и жадно пьёт воду из кружки, обхватив её двумя руками.