– Не я начал этот разговор, Ева. И не я отпустил вслух двусмысленную фразу, – пробежал пальцами к сгибу ее локтя, утопая в глубоких синих озерах ее глаз, – но мне приятно. Теперь я буду знать, о чем ты думаешь, когда видишь меня.

– Если попробуешь воспользоваться этим знанием, я раструблю всему миру, что ты украл у меня две пары трусов и хранишь их в стеклянной рамочке как сокровище Эрмитажа.

Смех вырвался наружу, и Ева опешила. Я обнял ее, прижал к себе и прошептал, став вмиг серьезным и хладнокровным:

– Тебе повезло, что ты будешь жить в квартирке с видом на море, а не в одном доме со мной.

Напомнил ей о бесценном подарке своего отца. Крис тогда, чуть инсульт не словила.

– Неужто? – сузила веки, пытаясь продемонстрировать похуизм. – Ты может и наследник всех несметных богатств и власти Андрея, но ты всего лишь человек, Кобальт.

– Угрозы не идут такому драчливому ангелочку как ты, – распластал пятерню на ее пояснице. Расплавленный металл потёк по жилам и сконцентрировался в яйцах. Я хотел Еву. Как обезумевший маньяк свою рыдающую жертву.

И мне нужно было что–то делать со всем этим кипящим в теле желанием.

Не будь она той, кто достался мне в довесок к мачехе, я бы закинул ее на плечо, унес в свой кабинет и выебал до истеричных криков. А потом бы выкурил сигарету, наблюдая за тем, как моя сперма вытекала из её покрасневшей киски и впитывалась в обивку офисного дивана.

Suficiente!

Хватит!

Но Ева совершила ошибку…она приласкала рукой мой живот, пульсирующий следом за ее прикосновениями, и нырнула пальчиками за тугой пояс моих брюк.

– Тогда перестань угрожать мне, дорогой братик и сходи, подрочи. Похоже у тебя встал на ангелочка, – внезапно схватила меня за член и хихикнула издевательски. Я охуел. Ева воспользовалась моим замешательством и смеясь, покинула vip–зону. Направилась к бару, чтобы оторваться с двоюродной сестрой и подругой-фанаткой минетов, прилетевшей на свадьбу отца и Крис.

Я не сводил с нее глаз и увидел, как она обернулась и послала мне воздушный поцелуй.

Тормоза полетели к чертям собачьим. Как и вся моя пиздатая сдержанность.

Догнать Ларину не составило труда. Она не ожидала. Выпучила свои сапфировые глазища и икнула разок. Я осклабился, опустил голову. Воздух вокруг нас адски наэлектризовался и затрещал от напряжения, высек красные искры.

Ни звука. Ни шороха. Никаких внешних отвлекающих манёвров.

Только она и я. И наша кровопролитная война глазами.

Губы Евы медленно разомкнулись и это послужило призывом к атаке. Но я не хотел сжирать ее с потрохами здесь, в толпе, под горящими стробоскопами и потому…