— Давайте к делу, дамы, — Деккер переводит на меня пронзительный взгляд.

Теперь все глаза устремлены на меня. Хейс и Лейтон втиснулись в один кадр. Лучше сразу выложить все как есть.

— Я женюсь на Хедли, она переезжает ко мне и будет няней Таннера.

Повисает гробовое молчание. Прекрасно. Стоит схватить Таннера и свалить, пока их реакция не изменилась.

— Почему ты женишься? — спрашивает Пенелопа. Всегда самые тихие соображают быстрее всех. Следовало ожидать.

— У нее бабушка умерла.

— И что? — Деккер смотрит на меня как на идиота.

Я выдыхаю.

Келли поднимает руку.

— Ой, подождите, можно я угадаю?

— Милая, он нам уже рассказал. Пойдем, — Фостер встает. Эллис слегка шевелится. На его лице отражается ужас, но та снова успокаивается, сонно вздыхая. Кто бы мог подумать, что такой жесткий парень будет столь нежен с дочерью? Это дает надежду, что я тоже справлюсь с отцовством, прямо как парни.

Келли полностью игнорирует Фостера.

— Мое предположение: ей нужно выйти замуж, чтобы получить магазин.

— Как ты угадала? — я в шоке хлопаю глазами.

— Она же читает любовные романы, забыл? — говорит Лейтон. Мы дружно киваем. Припоминаю, что слышал о каком-то книжном в наших краях, где продают только любовные романы.

— Я получу приз? — спрашивает она.

— Твой приз наверху, — Фостер снова кивает на дверь.

Келли поднимает палец.

— Секунду. То есть ты просто собираешься жениться?

— И она переедет к тебе? — уточняет Пенелопа.

— И будет няней? — заканчивает Лейтон.

— План – огонь. Удачи, Зверюга, — Деккер встает, всем видом показывая, что пора бы на выход. — Пен, ребенок.

Она вздыхает и идет ко мне, передавая Таннера.

— Он такой милашка, — она смотрит на него с любовью. Единственный плюс жизни здесь, – эти девушки будут любить моего сына как собственного.

— Ага, круто, Ист, созвонимся завтра, — говорит Хейс через экран.

— Нет-нет-нет, — протестует Келли. — Вы же понимаете, что это ужасная идея?

Лейтон согласно кивает.

— Хуже не придумаешь.

— А мне кажется, довольно мило. Обмен услугами, — говорит Пенелопа.

— Спасибо, Пенелопа, — киваю я с признательностью. — Наконец-то хоть одна девушка в группе видит позитив.

Келли поднимает руку.

— Ставлю двадцать, что они продержатся месяц.

— Даю три месяца, — говорит Деккер.

— К черту, неделю, — отрезает Хейс.

Я хмурюсь.

— Ставлю сорок, что они продержатся год.

Все перестают делать ставки и пялятся на меня.

— Ты должен быть женат на ней целый год? — рот Лейтон открывается от изумления.

— Да, таково условие завещания. Хедли должна оставаться в Чикаго и быть замужем год. И... думаю, это само собой разумеется, но все сказанное за пределы дома выйти не должно.

— Конечно, — говорит Хейс. — Но целый год?

— Целый год.

Они снова замолкают, и я пользуюсь возможностью смыться, подхватывая переноску с Таннером.

— Ну, раз сенсация раскрыта, можете идти и трахаться.

Я выхожу из квартиры, не дожидаясь ответа, потому что не хочу слышать никакого негатива – он лишь укрепит сомнения, которые и так есть насчет сделки.

Никто не идет следом, значит, они, скорее всего, остались обсуждать меня, но плевать. На самом деле нет. Но недостаточно, чтобы вернуться.

Как только я добираюсь до квартиры и кладу Таннера в кроватку, надеясь, что он проспит большую часть ночи, я достаю телефон – хотел немного полистать ленту перед сном. Телефон полностью заряжен.

Спасибо, Пенелопа.

Я листаю список пропущенных и проверяю почту. Вижу письмо от конторы, где делал тест на отцовство. Сердцебиение ускоряется, а большой палец дрожит, когда я нажимаю на ссылку с результатами.

Секунда – и взгляд падает на одну-единственную строку:

Предполагаемый отец не может быть исключен как биологический отец ребенка. (99.9%)

Ну вот и все. Он мой. Твою мать... я чей-то отец.

Глава 10 Хедли

Глава 10Хедли

Солнце стоит в зените, улицы Чикаго пестрят прохожими, а вчерашнее решение оставляет на губах горький привкус раскаяния, словно напилась до беспамятства и теперь по крупицам пытаюсь восстановить ход событий. Неужели я и впрямь заявилась к Истону и сделала ему предложение?

Я замираю перед черной кованой калиткой с огромной картонной табличкой: девчачьим почерком выведено «Дагаут». Картонка облеплена белыми бумажками с номерами телефонов и короткими записочками, на одной из которых мелькает имя Истона. Я подхожу ближе, чтобы прочесть.

Истон, хочешь показать, какие у тебя умелые руки? Звони.