— Ну, если понадобятся доказательства твоей любви, я могу рассказать о тех трех часах, что мы потратили на выбор колец, — Фостер стонет точно так же, как делал каждые пять минут, пока мы торчали в ювелирном.
Они с Хейсом то и дело выходили из магазина и возвращались: сначала с кренделем, потом с сэндвичем, потом с печеньем, которым даже не подумали поделиться, когда Деккер пожаловался, что у него упал сахар в крови.
А мы все просто дружно заявили, что он ведет себя как бабка.
Но оно того стоило, потому что теперь у меня есть идеальное кольцо. Осталось только убедиться, что Хедли ответит согласием.
В смысле, я почти на сто процентов уверен, что она в деле. В конце концов, мы в процессе усыновления ею Таннера.
Но на моем месте было полно парней, которые не сомневались, что любимая женщина скажет «да», а потом ломали голову, как бы сдать кольцо обратно в магазин. Так что я буду начеку, пока не услышу заветное слово.
Я открываю дверь в квартиру, ожидая увидеть ковыляющего навстречу Таннера. Ему уже почти год, и мама говорит, что он вылитый я – ни секунды не может усидеть на месте. Клянусь, он уже почти готов перелезть через манеж.
Но Таннера нет. Квартира идеально прибрана, а стульчик для кормления сиротливо пустует в углу.
Еще достаточно рано, он не должен спать, а время тихого часа давно прошло.
Я иду через квартиру к гостевой спальне, которая теперь по сути стала нашей, и заглядываю внутрь.
Кровати нет.
А стены кто-то покрасил в джинсово-синий цвет.
У синей стены стоит кроватка Таннера, а в углу теперь появилось кресло для чтения.
Я захожу внутрь и понимаю, что комната превратилась в самую настоящую детскую. На стене имя Таннера, а рядом стоит собственный книжный шкаф, доверху забитый книгами.
— Я что, квартирой ошибся?
Я достаю телефон и бросаю сумку на пол.
Я: Ты где?
Появляются три точки.
Хедли: Дома
Я: И где же я тогда собираюсь трахать тебя ночью?
Хедли: ?
Я: В комнате нет кровати
Хедли: Вообще-то есть
Я снова бросаю взгляд на комнату Таннера.
Я: В какие игры ты со мной играешь?
Хедли: Ты умный мальчик, догадайся
Я смотрю на закрытую дверь спальни и бросаю телефон на стол.
Ей лучше быть там. А затем доходит: если она там, мне нужно быть во всеоружии.
Один раз я уже делал публичное предложение. На этот раз будем только мы двое. Я намерен признаться в любви и сказать, что жизнь без нее ничего не значит.
Я достаю коробочку из кармана, открываю дверь и замираю.
— Черт...
Хедли полулежит на кровати в моей игровой джерси. Обнаженные ноги скрещены, а пуговицы на рубашке расстегнуты до самой ложбинки на груди. Я почти уверен, что под ней ничего нет.
— К черту кольцо, — я швыряю коробочку куда-то за спину и запрыгиваю на кровать.
Она смеется.
— Нравится?
— Папочке очень нравится, — я забираюсь к ней и тянусь за поцелуем, но Хедли прикрывает мои губы ладонью.
— Давай без этих папочкиных штучек...
Я киваю.
— Окей.
— И что это ты там выбросил?
Руки забираются под подол джерси, и, как я и предполагал, Хедли абсолютно голая.
— И чем я такое заслужил?
— Ист, — говорит она, приподнимаясь, чтобы посмотреть, куда я забросил коробку.
— О, да так, ничего... просто...
Черт, член весь план сорвет.
— Дай секунду, — я сползаю с кровати, подбираю коробочку и возвращаюсь. — Когда будешь рассказывать эту историю девчонкам, обязательно упомяни, как сильно ты меня отвлекала. Была заготовлена целая речь, а теперь все, что крутится в голове: выходи за меня и носи джерси до конца наших дней, — я открываю коробочку.
Хедли прикрывает рот левой рукой. То кольцо все еще там. Для всех остальных, кроме наших друзей, мы все это время были женаты и безумно влюблены друг в друга.
Но то кольцо – символ сплошной фальши.
— У меня есть кольцо,— она поднимает руку и показывает.
— Нет, — я откладываю коробочку, стягиваю старое кольцо с ее пальца и швыряю в другой конец комнаты.
— Ист!
Я беру новое кольцо и приставляю к кончику ее безымянного пальца. Оно больше и сверкает ярче первого.
— Ты выйдешь за меня?
— Думала, я уже вышла, — она ухмыляется.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, — я проталкиваю кольцо дальше.
— Тебе не обязательно было покупать новое.
Хедли умолкает, пока я надеваю кольцо ей на палец.
— Расцениваю это как «да».
— Конечно, «да». Разве у тебя были сомнения?
— Не после того, что ждало дома. Ты все это провернула, пока меня не было?
Она кивает.
— Пора Таннеру иметь свое пространство, а нам – свое. Раз уж все всерьез и надолго.
Я сажусь и смотрю на Хедли в упор.
— Ты даже не представляешь, насколько это заводит.
— Надеюсь, что представляю, но ты все еще одет.
Я хватаю себя за футболку на спине и стягиваю ее. Хедли смеется, пальцы тянутся к пуговицам моей джерси.