— Так просто, — ответила она. — Моя карьера защитника на этом, разумеется, оборвётся, но я хотя бы передам Драйер и прокуратуре наши наработки по Килиану — по шести остальным убийствам.

— С пожаром в театре пока далеко не всё ясно, — заметил Пуласки. — Слишком много неувязок.

— Знаю, — вздохнула Эвелин. — Что предлагаете?

Сунув руки в карманы, Пуласки сделал ещё круг вокруг стола.

— Пока вы пытаетесь предотвратить убийство Нимайера, я попробую выяснить, с кем именно Килиан встречался в стейк-хаусе — кто там играл Нимайера.

Пуласки был прав. Эту нить тоже нельзя упускать. И вдруг под ложечкой неприятно потянуло. История с Касемом и Нимайером — далеко не единственная её беда.

Мартин Килиан уже третий день на свободе, а она так с ним и не связалась. Он не дурак — наверняка чует, что-то не так.

 

Глубокой ночью, спустя долгое время после того, как Пуласки покинул её офис, а Фло уехала домой, Эвелин сидела в туалете.

Фло она сказала, что скоро будет дома, — нужно лишь закончить кое-какие дела в конторе. На деле же сидела сейчас на унитазе, уткнувшись лицом в ладони, и смотрела на синий коврик под ногами, размышляя о том, что принесёт завтрашний день.

Потом она взяла в руки тест на беременность, купленный утром в аптеке. Долго смотрела на маленькое окошко.

Две полоски. Положительный.

 

 

 

Четырьмя годами ранее

Суббота, 9 мая Вечер премьеры «Весна возмездия»

 

Шланг сорвался с газового баллона, и содержимое с шипением хлынуло наружу. Яна сразу же ощутила запах.

— Все вон отсюда! — Алейна выбежала из гардероба в зал. — Газ! — кричала она. — Газ! Все на выход!

Яна хотела наклониться и выкатить баллон на улицу, но в следующее мгновение замерла. Глаза её расширились.

Свечи! — пронзила мысль. Сейчас всё взлетит на воздух.

В отчаянном порыве она кинулась за Алейной в зал — к Мартину.

Часть гостей уже повскакивала со стульев. Поднялся гвалт.

— Все на выход! — снова крикнула Алейна.

Яна привстала на цыпочки, выискивая взглядом Мартина. И тут позади неё прихожую ослепила яркая вспышка. Ударная волна подхватила её и швырнула вперёд. Грохот оглушил.

На мгновение воздух будто высосало; вокруг закружились салфетки. В следующую секунду в ноздри ударил резкий запах гари, и она услышала — глухо, словно сквозь вату, — треск пламени.

Кое-как поднявшись на ноги, она огляделась. Там, у входа, горело всё: занавес и шторы, деревянный пол, стены и потолочные балки. За считанные секунды вестибюль превратился в один сплошной огонь. Куртки и пальто обратили гардероб в море пламени.

Люди кричали в ужасе, вскакивали и беспорядочно метались по залу.

Воздух! — мелькнуло у Яны, когда дышать стало тяжело. Она снова окинула взглядом помещение. Ни единого окна. А здесь всё деревянное!

И тут на сцену с поднятыми руками выскочил Даниэль Фогт.

— Без паники! За мной — запасной выход. Прошу вас, по одному и спокойно, через сцену — за кулисы!

Но его никто не слушал. Гонимые страхом, люди сбились в кучу, ринулись к краю сцены, возвышавшемуся больше чем на метр, и принялись толкаться, цепляясь за любую возможность забраться наверх и прорваться к выходу.

Сзади теперь напирали уже не только зрители, но и официанты с кухонной обслугой, отчего тех, кто оказался у самой сцены, со стонами и криками вдавливало в её край.

Яна прикрыла руками живот и попыталась пробиться вперёд. Дым наполнял зал, всё вокруг потрескивало. Уже занялись и пластиковые шторы по боковым стенам, источая едкий, удушливый чад.

Сквозь слёзы она разглядела Мартина — он стоял на сцене рядом с Даниэлем и отчаянно искал её глазами.

— Яна! — кричал он.

Она подняла руку, но он её не увидел. Пока пламя у входа разрасталось до угрожающих размеров — Яна спиной чувствовала его раскалённый жар, — воздуха становилось всё меньше.

Кругом царил хаос. Голоса делались всё громче, всё отчаяннее. Кто-то даже попытался прорваться мимо неё сквозь огонь наружу, но в нескольких метрах от стены пламени отступил.

Безнадёжно!

Яна продвинулась ещё немного. Шторы, объятые огнём, плавно опадали с потолка на пол. То и дело взвивались чёрные хлопья пепла.

Это настоящая смертельная ловушка! — поняла она. А Оскар Вагнер снаружи, ему сюда не пробраться. Уж он-то наверняка знал бы, что делать.

Но за дело вместо него взялся Даниэль — пытался хоть как-то совладать с ситуацией.

— Все по очереди! — кричал он, помогая молодой женщине забраться на сцену, и указывал назад, на декорации. — Через эту дверь… несколько ступенек со сцены… по коридору — и через эвакуационный выход на улицу!

Мартин всё ещё высматривал Яну слезящимися глазами, при этом помогая подняться второй молодой даме. Рядом на помост запрыгнули мужчина и парнишка.

— Все назад! — хрипел Даниэль. — Через эту дверь — на улицу! — повторял он. — По одному! Не толкаться! НЕ ТОЛКАТЬСЯ!