«Неудивительно, что всё, кроме водки. Её у них почему-то не было». Она порылась в сумке, собрала несколько бутылок и расставила их на кровати. «Виски, джин или ром?» — спросила она.

"Ром."

Она протянула ему бутылку и сказала: «Я возьму виски».

Сора снова села и открыла свою бутылочку. Затем она произнесла с ним тост по-корейски, они чокнулись, и она сделала глоток.

каждая капля.

Он сделал то же самое с ромом. Закончив, он всё время задавался вопросом, к чему всё это дело. Какую роль в этой игре сыграла эта женщина?

«Расскажите мне о вашей встрече с двоюродным братом диктатора», — сказал Карл.

«Нечего особо рассказывать. Я думал, этот человек просто отвечает за безопасность. Я отвёл его в постель и обнаружил, что он представляет собой нечто гораздо большее».

«Ты спала с этим мужчиной?»

«Ни за что. Я накачал его наркотиками. Потом нашёл пачку бумаг, которую он плохо спрятал в ванной. Эти люди высокомерны. Я сыграл на их кажущейся беззащитности».

«Конечно», — сказал Карл. «Они выросли в параноидальном, ограничивающем обществе.

Хотя Россия в прошлом была очень похожа на них, она гораздо более открыта, чем Северная Корея. Они теряют бдительность по отношению к вам».

«Именно. И я этим воспользовалась. Давай покажу». Она нашла телефон и ввела код безопасности. Затем, улыбаясь, пролистала серию изображений. «Начни отсюда». Она передала телефон Карлу.

Он медленно переходил от одного изображения к другому, останавливаясь на одном, которое показалось ему интересным. «Это пенис того мужчины? Или у тебя на объективе пылинка попала?»

Она впервые громко рассмеялась, показав свою истинную сущность. «Это всё он. Ты же знаешь, это наследственное, так что можешь себе представить, как этот толстый мальчишка не произвёл бы на него впечатления».

«Не то, о чем я хочу думать», — сказал он.

Сора забрала телефон, взяла другую бутылку и бросила её Карлу. На этот раз они просто подняли бутылку и пристально посмотрели друг на друга, прежде чем выпить содержимое.

«У вас есть идея о краже этого ядерного оружия», — сказал Сора.

«Сначала я хотел бы услышать вашу теорию», — сказал Карл.

«Ладно. Северокорейская делегация, должно быть, находится под пристальным вниманием практически всех разведывательных служб России. Никто не сможет передать им в Иркутск даже небольшой ядерный заряд».

«То есть вы не думаете, что ядерное оружие предназначено для них?»

Она покачала головой. «Нет. По крайней мере, не на этой встрече. Но перевод может произойти в другом месте».

«Я тоже так думал», — признался Карл. «Когда же заканчиваются эти встречи в Иркутске?»

«Завтра последний день».

Карл обдумывал варианты. Но ему было трудно сосредоточиться. Её соски торчали из серой футболки, словно насмехаясь.

его. «Тогда у нас меньше суток, чтобы найти ядерную бомбу».

«Как нам это сделать?» — спросила она.

Хороший вопрос. «У меня такое чувство, что за исчезновением ядерного оружия и Протокола, убивающего всех этих людей на Транссибе, стоит „Полуночная группа“. Они связаны. Кто-то в этом поезде что-то знает».

«И вы думаете, что ваши друзья-полицейские могут помочь вам узнать правду».

«Что-то вроде того».

«Вам нравится то, что вы видите?»

Чёрт. Она застала его, когда он разглядывал её грудь. Он тяжело вздохнул и сказал: «Конечно».

Она подняла рубашку через голову, обнажив прекрасную грудь, немного несоразмерную её торсу. Её грудь была выгнута вверх, как трамплин, а соски твёрдые, как алмазы. «Ты должен заняться со мной любовью».

«Я не уверен, что это хорошая идея».

«Знаю. Отличная идея. Похоже, ты возбуждён. Я всегда возбуждаюсь, когда чуть не умираю. Почему бы и нет?»

Он не мог придумать ни одной веской причины, чтобы сказать ей «нет».

«О. Ты с австралийкой», — рассуждала она.

«Не совсем», — сказал Карл. «Я просто встретил её в этом поезде».

Она выскользнула из своего короткого черного нижнего белья, обнажив совершенно голую вульву.

Карл знал, что он свободен и ничем не обременён. Так почему же он сдерживался? Какого чёрта!

Любви они не создавали. У них был безумный, страстный секс. Закончив, они не обнимались. Они не говорили о сексе. Они просто расстались, сказав, что им нужно держать дистанцию в поезде.

Но Карл согласился встретиться с ней после завтрака, чтобы обсудить дело более подробно.

Вернувшись в купе, он тихонько забрался на койку и лёг на спину на тонкий матрас, и шум поезда пытался его убаюкать. Но почему-то он чувствовал себя виноватым. Возможно, отчасти это было связано с дыханием Энджи на койке напротив. Предательство – удел тех, кто состоит в серьёзных отношениях, подумал он. И всё же он чувствовал себя мерзавцем.

32

Карл проснулся, когда поезд резко остановился. Он вскочил и тут же взглянул через купе на Энджи.

«Что происходит?» — спросила она.