— Чтобы снова залезть ко мне в трусы, тебе не обязательно меня кормить, — объяснила она, откусила большой кусок и тихонько застонала.

— Мне это в радость, — ответил я. — К тому же ты еще не знакома с моей семьей. Но когда познакомишься, поймешь. Мы кормим людей. Так мы показываем, что нам не все равно.

Она несколько секунд изучала меня, а потом сделала еще один укус.

— И, — добавил я, — мама воспитала меня правильно. Я не стану навещать красивую девушку без чего-нибудь вкусного. Так тебе будет труднее меня выгнать.

— Это общественное здание. Я не могу тебя выгнать.

— Мы оба знаем, что могла бы, если бы захотела.

Она улыбнулась, и меня словно ударило под дых.

— Но раз уж мы здесь и наслаждаемся отличной едой из закусочной, думаю, нам стоит поговорить о нас с тобой.

Она замерла на полпути к укусу и прищурилась.

Я поерзал на жесткой деревянной скамье. Может, здание суда не лучшее место для такого разговора. В конце концов, это была ее территория. Но я зашел слишком далеко, чтобы отступать. Я знал, чего хочу, и собирался это получить.

— Мне нравится проводить с тобой время.

Она вскинула брови.

Я понизил голос.

— И в одежде, и без, — уточнил я. — И думаю, нам стоит встречаться.

— Встречаться? — поперхнулась она. — Я мать-одиночка, которая большую часть дней едва держится на плаву. У меня не так много времени на свидания.

— Я возьму столько времени, сколько ты сможешь выделить. И не увиливай. Факт в том, что ты мне нравишься. И я тебе тоже нравлюсь.

В ее глазах вспыхнул огонь, и мое сердце забилось быстрее. Эта женщина могла меня уничтожить. И это должно было бы напугать меня, включить все инстинкты самосохранения. Но лишь укрепило мою решимость.

— Может, ты мне и нравишься. — Она захлопала темными ресницами. — В ничтожно малой степени.

Она свела два пальца, показывая, насколько именно малой. Но шутка была на ней. Заставить ее признать это вслух казалось самой большой победой в моей жизни.

— Отлично. — Я хлопнул ладонями. — Значит, мы встречаемся.

— Ты не можешь просто объявить, что мы встречаемся, Энцо.

Я усмехнулся. Делия, может, и была огнедышащей драконихой, но она еще не знала упрямства ДиЛука.

— А я уже объявил, принцесса.

— Мы даже не определили, что это значит.

— Это не должно быть сложно. Мы узнаем друг друга. Проводим вместе время, когда можем. Я привожу в порядок твой дом, знакомлюсь с твоей семьей и детьми. Когда ты голодна, я приношу тебе еду. Когда ты напряжена, я довожу тебя до оргазма. Проще некуда.

Она посмотрела на меня настороженно, но я видел: она уже готова сдаться.

— А как же то, чего хочу я?

Я наклонился вперед и заправил прядь ей за ухо.

— Думаю, мы оба знаем, чего ты хочешь, принцесса. Но я уважаю, что ты пока не готова об этом попросить. Так что я буду тем самым эмоционально зрелым человеком и разложу все по полочкам.

Ее глаза расширились, и мне ужасно захотелось ее поцеловать. Но мы находились посреди общественного здания. Да еще и в здании, где она работала. Придется оставить это на потом.

— Я на тебя не давлю. Просто думаю, нам нужно вести себя как взрослым и посмотреть, куда все зайдет. Мы будем двигаться так медленно, как ты захочешь, и я пойду за тобой. Захочешь остановиться — остановимся.

Она смотрела на меня слишком долго и ничего не говорила. Явно один из ее прокурорских приемчиков. Она думала, что я сломаюсь, но я был человеком с целью. Я не собирался позволить тому, что между нами есть, превратиться в мутные недоотношения. Делия была мне небезразлична. Ее дети и семья — тоже. И я хотел по-настоящему попробовать.

— Ладно, — фыркнула она после того, как заставила меня несколько минут попотеть.

Она потянулась к пакету на скамье между нами.

— Можно мне твой огурчик?

Сдержав желание вскочить и победно вскинуть кулак, я собрал всю свою зрелость и ответил:

— Малышка, мой огурчик к твоим услугам в любой день и в любое время.

Она закатила глаза так выразительно, что могла бы претендовать на олимпийскую медаль.

— Может, позже, Ромео. — Она взяла огурчик и откусила. — Доедай свой обед.

Я придвинулся ближе, купаясь в ее лукавых улыбках и флирте. Эта женщина понятия не имела, что со мной делает. И тем более не знала, что я для нее задумал.

Через несколько минут люди начали возвращаться в залы суда. Я собрал наш мусор, выбросил его и вернулся к скамье. Делия как раз стряхивала крошки с юбки.

Я обнял ее за талию.

— Увидимся вечером.

Поцеловав ее в макушку, я вдохнул ее запах.

— Я буду так хорошо заботиться о своей девочке.

Она ткнула меня локтем под ребра.

— Мне не нужен мужчина, который будет обо мне заботиться.

— Конечно, не нужен. Но мне будет чертовски весело пытаться.

Я подмигнул ей и вышел, сбегая по ступеням суда в зимнее солнце.

Я добился этой девушки.