— Так и сделаю, — какое-то время мы просто смотрим друг на друга, пока он не нарушает тишину: — Как насчет того, чтобы заказать еду и посмотреть финал того сериала, который ты так любишь?

— Никаких уроков секса?

Он качает головой.

— Завтра... утром... но завтра.

Я смеюсь и слегка подаюсь вперед, чтобы достать телефон из заднего кармана и заказать доставку.

— Ты самый смелый человек из всех, кого я знаю, — говорит он, прежде чем поцеловать меня в шею. — Просто бросаешься с головой в неизвестность.

Я зарываюсь пальцами в его волосы на затылке, пока Фостер покрывает поцелуями мою шею.

То, что происходит сейчас, ощущается совершенно иначе, чем все, что было между нами ранее. Близость, то, как мы делимся травмами и шрамами – это точно доведет до беды. Но ведь все во имя любви к ребенку, так ведь?

Глава 42

Глава 42

Келли

Стоит невыносимая жара. Я медленно открываю глаза, пытаясь сообразить, где нахожусь. Поперек талии закинута тяжелая рука, а к спине прижимается крепкое мужское тело. Ох... Фостер.

Кажется, мы вырубились сразу после ужина за просмотром финальной серии «Южного очарования».

Я пытаюсь пошевелиться, но ладонь мягко давит на живот, безмолвно прося не уходить.

Дело дрянь. Прямо совсем.

— Я так крепко не спал целую вечность, — бормочет он, уткнувшись в сгиб моей шеи.

— Нам, наверное, пора разойтись по кроватям, — произношу я. Меня пугает внезапная близость и то, как сильно нравится чувствовать его рядом.

Каково это – если бы такая жизнь стала реальностью?

— Не-а, мне и здесь отлично. Ты – мой личный плюшевый мишка.

— Эм... сомнительный комплимент, — перекатываюсь на спину, лишь бы не чувствовать, как его утренний стояк упирается в ягодицы.

Фостер негромко усмехается.

— Прости, само как-то.

Но даже когда меняю позу, он лишь придвигается вплотную. Рука скользит под ребра, притягивая меня еще ближе. Фостер находит губами шею, и я, не задумываясь, откидываю голову, подставляясь под поцелуи.

Фостер издает низкий звук – будто вздох облегчения от того, что я не отстранилась. Ладонь скользит по талии, обжигая сквозь ткань футболки. Он просто крепко держит меня, больше ничего не предпринимая.

Тело словно оголенный провод под напряжением; каждой клеткой чувствую любое наше соприкосновение.

Поцелуи поначалу ленивы, но спустя пару минут в них сквозит настойчивость.

— Ну, какой сегодня урок? — шепчет он.

— Ты когда-нибудь просто целовался с женщиной? Долго и по-настоящему?

— Ты будешь первой, — выдыхает он в шею, и я невольно выгибаюсь навстречу.

Глаза распахиваются сами собой. Фостер поднимает голову и смотрит на меня в упор. Обычные ласки могут слишком быстро закончиться сексом.

— Как насчет темы эрогенных зон?

Он снова принимается за шею, спускаясь чуть ниже уха, и у меня уже сбивается дыхание. Боюсь представить, в каком состоянии буду, когда дело дойдет до всего остального.

— Я прилежный ученик, — он приподнимается на локте. — Показывай первую.

— Сначала выбор за тобой. С чего начнем: спереди или со спины?

Он издает неопределенное мычание, от которого – клянусь – внизу живота все мгновенно сжимается.

— Со спины.

Я переворачиваюсь на живот. Диван настолько податливый, что совсем не давит и не впивается в тело. Пожалуй, лучший в мире.

— Ты будешь раздевать меня, попутно исследуя тело.

— Звучит потрясающе, — широкая ладонь накрывает бедро. — Направляй меня.

Я касаюсь затылка, перекидывая волосы на одну сторону.

— Эй, это моя работа, — Фостер мягко убирает руку. — Не доводи до того, чтобы пришлось тебя связать.

— О, мы и до этого дойдем.

За спиной раздается низкий бархатистый смешок.

— Надеюсь.

Пальцы зарываются в волосы, заставляя их рассыпаться по плечу. Я знаю, что последует, но, когда Фостер нежно прижимается губами к затылку, по позвоночнику все равно пробегает колкая дрожь. Поцелуй длится долго. Он не спешит, продвигаясь едва ли на сантиметр.

— Так хорошо? — голос звучит низко и хрипло. Он продолжает осыпать меня невесомыми поцелуями, и каждый следующий кажется теплее и мягче предыдущего.

Дыхание перехватывает, а веки сами собой тяжелеют.

— Идеально. Теперь переходи к бокам. Веди пальцами или костяшками прямо по коже.

Он заводит руки под край футболки. Когда кончики пальцев скользят вверх по ребрам, я невольно извиваюсь под касаниями.

— Тебе нравится, — это не вопрос, а скорее констатация того, как отзывается тело.

— Нравится, — я позволяю продолжать, потому что обожаю, когда целуют в шею. — Теперь задери футболку выше и спускайся поцелуями вдоль позвоночника. И не забывай про руки – они тоже должны быть при деле. Только не надо меня лапать. Попробуй прочувствовать, каково это ощущать.

— Эй, не стоит судить о результате, пока я еще даже не начал.