– А я удовлетворила исковые требования банка в полном объеме, сославшись в решении суда на статьи 309, 310 и 432 Гражданского кодекса РФ, которые регулируют исполнение обязательств и условия договора. Суд установил, что ответчик Гадалкин не исполнял обязательства: не вносил ежемесячные платежи и не уплачивал проценты за пользование денежными средствами. На основании этого суд пришел к выводу о наличии задолженности и необходимости ее взыскания. С гражданина Гадалкина в пользу банка взыскана задолженность по соглашению о кредитовании, а также расходы по оплате государственной пошлины, – отрапортовала Машка.

Неведомого мне гражданина со смешной фамилией Гадалкин отчего-то стало жаль. Не от хорошей жизни полез он в кредитную кабалу под бешеные проценты. Так я подруге и сказала.

– Жалость – странное и не лучшее качество для судьи, – заметила в ответ Машка. – Фемида не имеет права на человеческие эмоции, как известно. Да и вообще, ты же знаешь, что в подавляющем большинстве случаев суды встают на сторону банков, потому что договор есть договор, и если ты его подписал, то будь добр выполнять.

Что ж, с этим трудно поспорить. В нашей практике суды практически всегда встают на сторону банков в спорах о взыскании кредитных задолженностей, и тому есть несколько причин, связанных с правовыми, процедурными и практическими аспектами таких дел. Банки, как правило, предоставляют суду исчерпывающие доказательства существования долга и его размера.

Если заемщик по доброй воле подписал кредитный договор и согласился с графиком платежей, если у банка есть выписки по счету и все это оформлено надлежащим образом, то суд признает их достаточными для подтверждения требований кредитора.

Согласно 309 и 310-й статьям Гражданского кодекса РФ, заемщик обязан соблюдать условия договора. Ну, если он согласился на них не под дулом пистолета, конечно. Нарушил график платежей – нарушил договор. А это уже причина, по которой банк вправе потребовать досрочного погашения кредита.

Кроме того, для подобных ситуаций действует упрощенный порядок рассмотрения. В значительной части дел о взыскании кредитных задолженностей суд выносит решение без проведения судебного заседания и вызова сторон. В таких условиях вероятность отказа в иске минимальна.

Единственный шанс для заемщика – пропуск срока исковой давности. Как правило, это три года с того момента, как кредитор узнал о нарушении своего права. Если заемщик не заявит о пропуске срока исковой давности до вынесения решения, суд рассмотрит дело по существу и, скорее всего, удовлетворит требования банка.

Возможности защиты для заемщика по российскому законодательству невелики. Даже если заемщик испытывает финансовые трудности, это само по себе не освобождает его от исполнения обязательств по кредиту. Да, суд может пойти навстречу и уменьшить размер неустойки, как сегодня и собиралась поступить я, особенно если она явно несоразмерна основному долгу, но это требует от заемщика активных действий и предоставления доказательств. Ну еще существует возможность добиться отсрочки или рассрочки платежей, но это также требует обращения в суд и убедительных оснований, таких, например, как потеря работы или длительное лечение.

До обращения в суд банки обычно предпринимают меры по внесудебному взысканию долга: направляют уведомления, предлагают реструктуризацию кредита, могут привлекать коллекторов.

И только если это не приводит к результату, банк обращается в суд. Это часто воспринимается судом как добросовестное поведение кредитора. Банк выглядит солидным учреждением, строго исполняющим прописанные в законе нормы.

– Ладно, Машка, – вздохнула я, заметив, что подруга уже допила свой кофе. – Справедливость судейская, то есть юридическая, и справедливость общечеловеческая, то есть нравственная, находятся в разных плоскостях. Мы с тобой понимаем ее так же, как и все остальные люди, но при этом оцениваем с профессиональной точки зрения. Справедливо то, что законно. Но нравственная справедливость опирается на моральные представления о добре, зле, честности, гуманности. И при этом может не совпадать с юридическими рамками, так как законы не всегда успевают адаптироваться к многообразию жизненных ситуаций, а также могут не полностью учитывать индивидуальные обстоятельства конкретного случая. Поэтому еще раз повторюсь, что мне твоего Гадалкина жалко.

– Он не мой, – деловито уточнила Машка и встала. – Ты права, что право и мораль – разные системы регулирования общественных отношений. И мы с тобой, как судьи, действуя в рамках нашей профессиональной деятельности, обязаны в первую очередь руководствоваться законом, даже если его применение в конкретном случае вступает в противоречие с личными нравственными убеждениями. Надеюсь, ты это помнишь?