Когда её спросили, что случилось после того, как она и Николь выскользнули из своих домов и встретились, Ханна рассеянно объяснила, что они пошли тайными тропами на пустошь, где встретили прекрасную женщину, ехавшую на единороге. Детский психолог зацепилась за последнее утверждение — имела ли Ханна в виду женщину на лошади?

Нет, она имела в виду леди, сидящую на единороге — в дамском седле!

Был ли этот «единорог» невидимым другом Николь Принцессой Луной?

Ханна не была впечатлена — Принцесса Луна — совершенно другой единорог.

У этого единорога было имя?

Леди никогда не говорила.

У леди было имя?

Да, леди звали Леди.

Затем детский психолог сидит целую серию Финеаса и Ферба, прежде чем Ханна, совершенно спонтанно, объясняет, что они шли много-много миль, затем спустились вниз и через пещеру у реки, а затем поднялись на холм, где поспали.

На открытом воздухе?

Нет, Ханна думала, что там были палатки, старомодные палатки из шкур или, возможно, радуги. И были кебабы, но она не думала, что это были хорошие кебабы, потому что потом ей стало плохо. Затем они проснулись и не нужно было умываться или чистить зубы, или что-то в этом роде.

Я сделал пометку проверить медицинское заключение и посмотреть, были ли их зубы в запущенном состоянии или нет.

На следующее утро они спустились с холма очень долго, и она очень устала, и уже темнело, когда они поднялись на холм и вошли в замок.

В какой замок?

В замок-замок.

Она могла вспомнить, какого он был цвета?

Розового, синего и оранжевого.

Были ли там какие-нибудь другие дома, или дороги, или указатели?

Кругом были одни деревья.

— Какие деревья? — спросил я себя, и несколькими строками ниже детский психолог тоже спросила, но к тому моменту было ясно, что Ханна потеряла терпение ко всей операции и хотела выйти поиграть с кузинами.

Она не спросила о Николь — интересно, было ли это важно.

Она помнила, что в лесу была какая-то дорога, вся заросшая, но леди заставила их очень быстро перебежать через неё. Там не было никаких указателей или домов, кроме, конечно, замка.

Я нашёл Уиндроу в его кабинете, читающим показания и утверждающим действия, — чем, наряду с посещением совещаний с другими старшими офицерами, старшие офицеры и занимаются бо́льшую часть времени. Уж лучше они, чем я.

Я спросил, есть ли новости о Николь, но Уиндроу сказал нет — межведомственная группа помощи сообщит, как только будет какое-либо изменение.

— Что ты думаешь о показаниях? — спросил он.

— Не знаю, сэр, — сказал я. — Могу я с ней поговорить?

— Посмотрим, будет ли она придерживаться той же версии в ближайшие пару дней, — сказал он. — Есть ли шанс, что это правда?

— Хорошо бы иметь какие-то физические доказательства, — сказал я. — Она упомянула пещеру — есть какие-то признаки?

— Судя по описанию, это могло быть на берегу реки в Эймстри. Там есть старые заброшенные каменоломни — так что возможно.

И недалеко от того места, где мы их нашли, и от клочка ткани из одежды Николь. Само собой разумеется, что любое отдалённо похожее на замок строение в радиусе тридцати километров от Рашпула будет тщательно прочёсываться. Я полагал, что в ближайшие пару дней Национальный фонд увидит значительное полицейское присутствие.

— Какие-нибудь проблемы с прессой? — спросил Уиндроу.

— Нет, сэр, — сказал я. — А ожидаются?

— Я не знаю, — сказал Уиндроу. — Я им не доверяю, когда они затихают.

Я пообещал держать голову низко, нос вытирать и всегда носить чистые трусы.

— Что ты планируешь делать дальше? — спросил он.

— Я собираюсь сделать то, что не сделал, когда приехал сюда, — сказал я. — Сесть за книги.

К счастью, он не спросил, за какие книги. Возможно, он предположил, что в Фолли у нас есть огромные тома, полные эзотерической мудрости, в которых освещается истинная история мира. Это правда об эзотерической мудрости, но с освещением всегда было туго. К счастью, я знал парня с большим количеством книг, которые мне были нужны. Все удобно расположенные в одном месте.

Я достал телефон, нашёл нужный номер и нажал вызов — он прозвонил дважды.

— Мёд Освальда, — сказала Мелисса. — Лучший мёд.

— Привет, Мелисса, — сказал я своим не-полицейским голосом. — Не мог бы я заехать и воспользоваться твоей библиотекой?

— Дедушка спит, — сказала она.

— Я буду тихо, — сказал я. — Ты даже не узнаешь, что я здесь.

— Ты привезёшь свою подругу?

— Кого, Беверли?

— Конечно, Беверли.

— Если хочешь, — сказал я.

— Ладно, — сказала Мелисса. — Приезжайте когда хотите.

11. Вариант предоставления услуг

В некоторых домах достаточно появиться три раза, чтобы потом уже самому себе наливать чай, придвигать стул к телевизору и обзывать кота ублюдком. Дом Освальдов был не из таких, не в последнюю очередь потому, что у них не было телевизора, но, по крайней мере, Мелисса, казалось, почти обрадовалась мне — или, скорее, Беверли.