Иногда это ты… Иногда — исключительно сильные дожди в твоём водосборном бассейне, — сказала она. Иногда трудно отличить одно от другого.

Я осторожно шагнул в воду — она была ледяной, и дно было ненадёжным. Я осторожно ощупывал путь к середине, где ждала Беверли, протянув мне руку. На ней всё ещё были её браслеты.

К тому времени, когда я добрался до неё, мои ноги так онемели от холода, что когда она коснулась меня, её руки показались горячими и лихорадочными на моей коже. Она снова поцеловала меня, и я поцеловал её в ответ.

Затем она откинулась назад, увлекая меня за собой на воду, которая поддерживала нас так неестественно, что Архимед бросил бы натурфилософию и ушёл в оливководы в деревню.

Я внезапно почувствовал это — штормовой подъём за моей спиной — в нём не было ничего от людей, ничего человеческого, это был запах утреннего дождя и зернистое прикосновение и трение красного песчаника. Это был смеющийся рёв воды, пробивающей себе путь сквозь кости земли.

Беверли обвила ногами мои бёдра в темноте.

— Доверься мне, — прошептала она и увлекла меня в воду.

10. Работа по наводке

Я очнулся в лучах солнечного света. Беверли спала, положив голову мне на плечо, и кокетливо обхватив меня за пояс одной ногой. Я зевнул и задумался, где мы — прошлой ночью мы точно плыли по течению, — но я осторожно не будил Беверли, не в последнюю очередь потому, что мы всё ещё сохраняли эту странную плавучесть, и я не спешил начинать тонуть.

Прямо надо мной было голубое небо и тёмные листья свисающих ветвей. Если я поворачивал голову, то видел арки и быки моста, который мы, должно быть, только что миновали. Иногда машина пересекала его вверх, вспыхивая металлическим отражением и шумом двигателя.

Мои воспоминания о прошлой ночи уже распадались в сознании. Я отчётливо помнил, как мы перелетели через водослив, набрав изрядную высоту, — ноги Беверли обвивали мою талию, её бёдра врезались в мои, она улюлюкала, её дреды хлестали вокруг наших голов, и мы крутились, как дельфины в лунном свете, прежде чем снова рухнуть в бассейн стока и медленно погрузиться под поверхность.

Я был уверен, что это действительно случилось, но воспоминание меркло, даже когда я пытался за него ухватиться.

Я крепче прижал к себе Беверли — она определённо была реальна — и наслаждался тёплым послевкусием человека, которому только что вынесли мозги по обоюдному согласию.

Это не могло длиться вечно. И вскоре я почувствовал, как мои плечи скребут по гравийной отмели. Мы развернулись по течению и выбросились на берег там, где река размыла себе нишу. Беверли вздохнула и перекатилась на меня сверху, выгнув спину, чтобы осмотреться.

— Где мы? — спросила она.

— Где-то ниже по течению, — сказал я, пользуясь случаем, чтобы потискать её в ответ.

Беверли повернулась, пока не увидела мост.

— О, — удивлённо сказала она. — Я думала, мы уйдём дальше.

— Так где мы?

— Сразу за Лемстером, — сказала она и повернулась обратно, чтобы посмотреть на меня сверху вниз, её дреды свисали и капали водой на моё лицо и грудь. — Восемь или девять миль, — сказала она и поцеловала меня. Я уже снова был готов, и был бы счастлив посмотреть, не сможем ли мы добавить пару километров к общему счёту — или, может, просто перепихнуться прямо здесь, я был не против — но Беверли со вздохом прервала поцелуй.

— Думаю, нам лучше вернуть нашу одежду, — сказала она и встала.

Как только мы потеряли контакт кожей, вода вокруг меня стала холодной как лёд. Я вскочил на ноги с криком и уставился на Беверли, которая стояла, блестя, голая и беззаботная, на берегу.

— Чёрт возьми, — сказал я. — Предупреждать надо.

— Зато проснулся, да? — сказала она.

— Как мы вернёмся к машине? — спросил я.

— Не волнуйся, — сказала Беверли, поднимаясь по берегу впереди меня. — Я знаю, где можно получить помощь.

На мгновение я был слишком поглощён любованием, чтобы говорить, но к тому времени, как присоединился к ней наверху, я достаточно оправился, чтобы спросить, как далеко эта помощь. Всё, что я мог видеть, — это группы деревьев и мощёная дорога, ведущая к главному шоссе.

— Это A44, — сказала Беверли, указывая на дорогу. — Вон там и налево.

— Просто быстрая прогулка по дороге, — сказал я.

— Десять минут максимум, — сказала Беверли.

— Совершенно голыми? — спросил я.

— Хочешь — можешь остаться здесь, пока я принесу наши вещи, — сказала Беверли.

Через дорогу виднелся довольно вкусный особняк в стиле регентства с кремовыми стенами и красной черепичной крышей.

— Может, попросим их?

— Давай, давай, — сказала Беверли и указала. — Цивилизация вон там.

Несмотря на то, что было не более шести утра, солнце припекало достаточно сильно, чтобы быстро высушить воду с нашей кожи. К счастью, в сельской местности тротуары ещё не изобрели, так что мы шли по траве.

— После вас, — сказал я.

— Нет, нет, — сказала Беверли. — Прилично, чтобы женщина шла на два шага позади своего мужчины.