— А что касается вашего «единственного внука», — с расстановкой, наслаждаясь каждым словом, продолжаю, — Вынуждена вас поправить. У Артура есть еще один ребенок. Мальчик. Ему примерно семь лет, и родила его моя бывшая лучшая подруга Юля. И, кстати, скоро будет еще один малыш. Потому что нынешняя любовница вашего сына сейчас ходит с пузом.

На том конце провода повисает мертвая, звенящая тишина. Слышно только тяжелое сопение. Я почти вижу, как её лицо покрывается пятнами.

— Ты… Ты точно с ума сошла! — наконец прорывает свекровь. В её голосе теперь меньше агрессии и больше паники.

— Да мой сын сразу бы мне сообщил! Это всё ложь! Ты какую-то чушь несешь про развод и про детей, чтобы себя оправдать! Ну-ка приезжай немедленно домой! Я буду с тобой разбираться! Вызову психушку, пусть тебя заберут, ненормальная!

Я издаю короткий, презрительный смешок.

— Разбирайтесь со своим сыном, — чеканю, открывая дверцу машины, — А ко мне больше не смейте лезть. И дам вам один бесплатный совет: когда будете собирать семейный совет, валидол далеко не убирайте. Он вам очень пригодится, когда Артур будет знакомить вас с остальной частью своего гарема. И да, ключи от пока ещё нашей с Артуром квартиры можете оставить на тумбочке. Больше они вам не понадобятся. До раздела имущества вы не переступите порог нашего дома. Прощайте.

Нажимаю кнопку отбоя, не дожидаясь ответа. Бросаю телефон на соседнее сиденье и завожу мотор. Никто не смеет указывать мне, как жить. Теперь это буду делать я.

___________

Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего литмоба!

Ася Акатова - Накажу предателя

Мой муж "любил" другую женщину в четверг, в обеденный перерыв, пока я выбирала скатерти для благотворительного аукциона.

Я узнала об этом через пять дней — из договора купли-продажи нашего дома, который он забыл в машине. Дом, который я проектировала сама, он переписал на любовницу. Двадцатипятилетнюю дочь нашего главного конкурента.

Но измена — не самое страшное. Страшнее то, что через нее он сливал секреты нашей компании. Что он выводил деньги с наших счетов. Что он готовил фиктивное банкротство, чтобы оставить меня без гроша.

Он думал, что я буду плакать. Что я сломаюсь.

Он плохо знал свою жену.

Меня зовут Василиса Голицына. Мне тридцать. Я архитектор. И я построю свою месть так же, как строила здания: холодно, расчетливо, без права на ошибку.

Он отдал наш дом любовнице — я заберу у него всё.

Приятного чтения!

Глава 12

Анна…

По пути в загородный дом я продолжаю мысленно костерить мужа. В какой момент он превратился в такого непроходимого идиота? Даже если на секунду допустить бредовую мысль, что я могла бы закрыть глаза и простить ему одну любовницу с ребенком, то двоих — это уже за гранью любой фантастики. Неужели он настолько туп, что этого не понимает? И почему, черт возьми, он не говорит матери правду? Переводит стрелки на меня, строит из себя оскорбленную невинность… Он действительно настолько наивен, что думал, будто я буду покорно молчать ради сохранения его светлого образа?

Его мать, Раиса Павловна — женщина, мягко говоря, своеобразная. Я никогда не вступала с ней в открытые конфликты. Она меня откровенно недолюбливала, хоть и старалась не афишировать это при сыне. Так, периодически отпускала колкости, брезгливо фыркала в мою сторону. Особенно её прорвало, когда мы с Артуром только начинали своё дело. Сначала она рвалась принимать в нашем бизнесе самое активное участие, потом нещадно критиковала каждый шаг, а когда Артур мягко, но настойчиво отодвинул её от управления, просто заявила, что мы дураки и обязательно всё провалим.

Скорее всего, она просто никак не могла смириться с тем, что её мальчик вырос. Я никогда не видела смысла тратить нервы на скандалы с ней или попытки что-то объяснить. Моё ледяное, вежливое спокойствие бесило её еще сильнее. Но сегодня они с сыночком перешли все мыслимые границы. Впрочем, на Раису Павловну у меня припрятан один отличный рычаг давления. Тот самый, о котором все благополучно и давно забыли. Пусть она называет это мелочностью, мне абсолютно плевать. Я для неё плохая? Отлично. Буду плохой, но теперь хотя бы заслуженно.

Пальцы так и чешутся набрать номер мужа и высказать ему всё, что кипит внутри. Но я вовремя одергиваю себя. Зачем? Чтобы снова слушать его нелепое, жалкое блеяние и отговорки? Мне это не нужно. Зато мне до одури хочется отомстить. Точнее, отплатить ему той же монетой, ударив так же подло, как это сделал он.