Блядь. Я и забыла, что он в комнате, или вообще не представляла, что ему будет не всё равно. Мне бы стоило чувствовать себя виноватой за то, что я так откровенно заинтересовалась идеей возобновления отношений с бывшим, особенно после всего, что произошло прошлой ночью. Но Дерек — мой сводный брат. Независимо от того, какие монструозные секреты и наслаждения мы разделили, это не меняет того факта, что любые отношения с ним абсолютно неуместны. К тому же, если Льюис действительно жалеет о нашем разрыве и хочет сойтись снова, я смогу съехать — вот и ответ на все мои проблемы. Я не могу не испытывать радостного волнения от такой перспективы.

— Ну, это было драматично, — со смехом говорит мама, возвращая своё внимание ко мне и отворачиваясь от лестницы.

— Я уберу, — кряхтит Даррелл и достает метлу из шкафа в прихожей.

— В общем, он приедет сегодня вечером!

— Сегодня вечером?

— Да! Мы оба как раз проводили последний вечер в поездке, так что всё сложилось идеально. Хорошо, что ты рано проснулась, потому что у нас куча дел! — Мама достает телефон. — Мне нужно записать тебя к парикмахеру, на автозагар, и мы должны разобраться с кейтерингом. — Она прекращает свою нервную болтовню и делает шаг ко мне, кладет руку мне на щеку и внимательно разглядывает. — Интересно, сможем ли мы втиснуть ещё и пару инъекций красоты.

Я отталкиваю её руку.

— Мама!

— Ладно, хорошо. В другой раз. Пойду займусь делом. — Она прижимает телефон к уху и топает прочь, чтобы спланировать моё преображение.

Во мне бурлит вихрь эмоций: нервы, тревога из-за того, сколько всего нужно успеть, а на заднем плане копошится маленькое, раздражающее чувство вины за задетые чувства Дерека. Мне бы пойти к нему, высказать все свои мысли, объяснить, что между нами ничего не может быть, и что Льюис — самая многообещающая перспектива в моей жизни на данный момент, но я подавляю эту идею. Переживет. На самом деле он не хочет быть со мной.

Всё между нами и так уже слишком запутано — в прямом смысле обросло шерстью.

Глава 9

Одиннадцать лет назад

Мне следовало бы радоваться первому Рождеству в новом доме. У нас уже стоит огромная елка рядом с мраморным камином. Мама, кажется, счастлива, что у неё теперь большая кухня для готовки рождественского ужина, но я ловлю себя на том, что скучаю по нашей квартире-студии в городе. Даррелл не так уж плох, если говорить об отчимах. На собственном опыте судить не берусь, так как он единственный отчим в моей жизни, но по рассказам друзей из школы знаю, что всё могло быть намного хуже.

Проблема в том, что с тех пор, как мама вышла за него замуж, я отошла на второй план. Не то чтобы я когда-либо была в центре внимания, но по праздникам я всегда ощущала некое особое тепло от мамы. Теперь это тепло принадлежит Дарреллу, и, что еще хуже, на праздники домой приехал мой сводный брат Дерек. Хотела бы я, чтобы он игнорировал меня, как его отец и моя мама, но он, похоже, задался целью выводить меня из себя при каждом удобном случае.

Хотя это не совсем так. Сегодня произошло кое-что странное. Наши родители ушли на ужин, оставив нас с Дереком дома одних. Я включила рождественский фильм, чтобы поваляться на диване с карамельным попкорном. Я собиралась провести вечер в одиночестве, так как Дерек всё равно большую часть времени торчит в своей комнате, но он захотел присоединиться ко мне, несмотря на мои попытки принизить фильм. Он сел рядом со мной и даже запустил свои грязные руки в мой попкорн! Мне хотелось наорать на него и велеть убираться, но правда в том, что… он меня немного пугает. У него скверный характер. Когда он не получает желаемого, то начинает рычать и скалить зубы. Это так странно. Но самое странное даже не это.

После того как он съел большую часть моего карамельного попкорна, я решила сходить на кухню за добавкой. Мне очень не хотелось пропускать фильм, поэтому я попыталась идти на кухню спиной вперед, не заметила столик позади себя и смахнула на пол мамину розовую хрустальную вазу. Мой рождественский киновечер превратился в фильм ужасов, где в главной роли была я, с ужасом глядящая на осколки дутой стеклянной вазы.

Я расплакалась. Я и так была в немилости у родителей, а это отдалило бы меня от них еще сильнее. Но Дерек моментально взялся за дело, схватил из обувного шкафа веник с совком и убрал устроенный мной беспорядок. Он велел мне идти спать, что я и сделала, даже не поблагодарив его за помощь.

На следующее утро я старалась оставаться в постели как можно дольше, в ужасе от родительского гнева. Желудок сводило от голода, и мне было так скучно, что я была уверена, что умру в своей постели, если не сдвинусь с места, так что я собрала нервы в кулак и отправилась на кухню. Мама и Даррелл суетились, готовя завтрак. Мама даже улыбнулась мне, когда я спустилась по лестнице. Я проверила еще раз, чтобы убедиться, что мне это не привиделось, и точно — вазы не было. Неужели они еще не заметили?

Я не стала допытываться, просто села за кухонный островок. Я заметила тишину. Кого-то не хватало.

— А где Дерек? — спросила я.

Мама бросила на Даррелла серьезный взгляд, прежде чем он прочистил горло.