Немного приведя себя в порядок, подхватил не пострадавшую каким-то чудом в переделке сумку и отправился в переднюю часть автобуса. Однако к выходу сразу не пошел. Перед этим остановился рядом с попутчицей.

— Идешь? — указал я глазами на пока что закрытую дверь.

Та ничего не ответила. Лишь отрицательно помахала головой. Хотя помахала — это еще мягко сказано. В какой-то момент мне показалось, что она вот-вот свернет себе шею, настолько энергично она ею вращала.

— Хорошо подумала? — переспросил я так на всякий случай, а то мало ли, вдруг она еще не поняла, в какой переплет угодила. — Может, все-таки пойдешь со мной, а то всякое может случиться. Сама знаешь, места здесь неспокойные…

После этих моих слов девчонка ненадолго замерла. А после начала столь же истово, как до этого крутила головой, клевать себя подбородком в грудь.

— Вот и славно, — с этими словами я подошел к автобусным дверям, ухватился свободной рукой за ближайший поручень и что есть сил толкнул ногой половинку автобусной двери.

Пшшшшш! Раздался знакомый звук, и пневматическая дверь послушно отъехала в сторону.

Почти сразу внутрь автобуса залетел прохладный ветерок. Я же, наоборот, одним прыжком вылетел наружу. После чего подал руку все еще трясущейся девчонке.

Та сначала от руки шарахнулась, но затем все же приняла предложенную помощь, и вскоре, как и я, оказалась на свежем воздухе.

А вокруг между тем стояла тишь да гладь. Ни тебе рева автомобильных моторов, ни звука сигнальных клаксонов, ни уж тем более чересчур внимательных доброхотов, спешащих к остановившемуся на обочине автобусу. Хотя это как раз вполне ожидаемо, притормозили-то мы на объездной. Да еще и в столь поздний час. А в это время, как известно, ловить здесь нечего.

— Знаешь, где мы? — уточнил я у своей невольной попутчицы, а сам в это время вгляделся в огни ночного города…

Однако вместо ответа услышал лишь дробный перестук каблучков да истошный крик:

— Помогите! Насилуют!

— Ну вот и спасай их после этого, — в сердцах произнес я, продолжая как ни в чем не бывало всматриваться в сторону спального района, уже почти потонувшего в ночных сумерках. — Неблагодарные простолюдины.

Поудобнее перехватив сумку и накинув ту на плечо, отправился дальше по дороге, в сторону тех самых огней.

Похоже, мне туда.

Пока шел, достал из кармана, к счастью, никак не пострадавший телефон. Догадки догадками, а собственное местоположение выяснить не помешает. Тем более что сделать это не так уж сложно. Достаточно лишь запустить навигатор на телефоне.

Спустя несколько десятков секунд я уже примерно понимал, где нахожусь. До конечной мы не доехали самую малость — каких-то пару остановок. Так что план минимум на сегодня выполнен. Теперь осталось где-то раздобыть ночлег.

Навигатор подсказывал, что совсем рядом в каких-то пятистах метрах чуть ли не на въезде в спальный район находится приют Живы. Будь я обычным подростком, без всяких раздумий отправился бы именно туда. Но вот незадача, подросток из меня не совсем обычный, да и семья Моров не очень-то ладит с последователями богини жизни. Особенно в последнее время, после того как отец решил влезть в их семейный бизнес.

Раньше, сколько себя помню, наш род всегда занимался одним и тем же. Предоставлял ритуальные услуги всем страждущим. Как последователи Морены, богини, провожающей души в последний путь, мы являлись монополистами в этой сфере на протяжении многих веков. Кремационные центры, курганы и сопутствующие ритуалы — все это находилось и до сих пор находится в нашей вотчине и со всего этого мы получаем прибыль.

Но это только одна сфера деятельности, а с недавних пор появилась и вторая.

Вспомнив о том, что наша богиня не просто провожает души умерших в последний путь, но и приводит их в этот мир, патриарх Ион Моров повелел открыть по всей стране сеть родильных домов.

Стоит ли говорить, что последователи богини Жизни, являвшиеся долгое время монополистами в сфере здравоохранения, весьма прохладно восприняли данную инициативу?

Так что нет, соваться к потенциальным конкурентам мне точно не с руки. Тем более что это не единственный доступный мне вариант. Если навигатор не врет, на соседней с приютом улице располагается гостиница со странным названием «Гавань 21». Туда-то я, пожалуй, и загляну.

Дальнейший путь по объездной прошел все так же — почти в полной тишине. Слышался лишь отдаленный собачий лай, да набирающие обороты завывания ветра. И только когда я приблизился к защитным бетонным сооружениям на границе спального квартала, до ушей стали доноситься первые человеческие голоса.

При этом в самой многоэтажке, как и в десятках других, до сих пор горел свет. Даже несмотря на комендантский час, жители окраин не спешили отходить ко сну.

Хотя их тоже можно понять. Когда живешь под гнетом постоянной опасности, такие вещи, как комендантский час, уже не кажутся чем-то настолько важным. Я бы даже не удивился, увидев на улице праздношатающихся гуляк.