Я сварила себе кофе и только вошла к своему рабочему месту, как послышался голос Козловского.

— Зарина Алексеевна!!!!

Боже… Неужели я перегнула палку?

Сделала глоток, помедлила пару секунд, собирая документы. Знала, что он смотрит. Чувствовала спиной… Или задницей, потому что именно ею я к нему и стояла. А после выпрямилась и не спеша направилась в его кабинет.

— Да, Артур Львович, — снова натянула дежурный оскал, а Козловский опять ощерился.

— Вот… Начальник отдела аналитики утверждает, что вы незаконно его уволили. Что вы думаете на этот счёт?

Степан Яковлевич сидел на диване... Да нет, он просто развалился на нём. Раскинул руки на спинку, широко расставил ноги и сверлил меня кровожадным взглядом, полным желания наказать!

— Прошу прощения, Артур Львович, но уволили его вы, а я всего лишь не подписала повторный договор, потому что тест был провален, — без разрешения присела в кресло прямо напротив начальника. Протянула ему тесты, разбив на две стопки.

— Видите? — Козловский поднялся и снова встал у окна. — Степан Яковлевич, получается, сука, проститутка и знатная, но ленивая сосалка — это я.

Артур вдруг расхохотался, сотрясая стены весельем.

Что? Меня назвали ленивой сосалкой? Откуда он знает? Да я сама про себя этого не знаю!

— Что???? Нет… Нет, Артур Львович, — с лица Степашки спала спесь, уступая место мертвецкой бледности. Он стал заикаться, взгляд стал умоляющим, жалким. — Я не это имел в виду…

— А я именно это. Покиньте офис. У вас полчаса…

Лисков вскочил и пулей вылетел из кабинета.

— И я не ленивая сосалка! — вскочила и бросила ему в спину.

— А какая? Старательная?

— Замолчите, Артур Львович, вы бросили меня под каток, а теперь посмеиваетесь? Это подло и низко – выезжать за счет женщин!

— Проверку вы прошли, Зарина Алексеевна. Браво… Теперь по той же схеме – с отделом закупок.

И вот тут мой пазл окончательно сошёлся. Я выдохнула, оправила блузку и подняла голову.

— Вы рылись в моих документах?

— Что значит, рылись? Я их внимательно изучил, поймав озарение… — он расхохотался и сел обратно в кресло. Сложил на столешнице руки, сцепил пальцы и воткнулся в меня своим фирменным взглядом злодея.

— Вдохновились моими наработками, я правильно понимаю? — моей злости не было границ… Скрежетала зубами, понимая, что все это было спектаклем. Я ему нужна… А этот забег на время — всего лишь повод повеселиться надо мной.

— Дурно звучит… Я оценил проделанную вами работу, а после назначил достойную зарплату. Я так понимаю, в эту графу вы тоже не смотрели, — Козловский вдруг схватил оранжевый стикер, щёлкнул золотой ручкой и очень долго выцарапывал цифры…

А когда я сбилась со счета, он повернул их ко мне…

Чёрт!!!!

Да я за эти деньги не то что секретаршей, я и полы в его квартире вымою!

— Согласия не спрашиваю, потому что вы и так все подписали. А теперь разберитесь с отделом закупок по вашей схеме, и через час я жду вас у лифта. И давайте без повтора? Не хочу снова выяснить, старательная вы сосалка или ленивая…

Идиота кусок! Хам! Наглец! Но зато щедрый…

— Что? — я посмотрела на часы… Ещё время обеда!

— У меня игра, а вы будете меня сопровождать, — он усмехнулся и всем корпусом подался вперёд. — Признайтесь, Зарина Алексеевна, вы мечтали провести время среди накачанных обнаженных и очень потных хоккеистов…

Глава 10

— Любка! Гони обувь, — вбежала в кабинет подруги и начала распахивать шкафы. — Я пришла в разных сапогах, а через три минуты меня ждёт шеф. А ты сама знаешь, что его лучше не злить.

— Зарина, мне приходится констатировать, что Козловский дурно на тебя влияет, — она расхохоталась и закрыла крышку компьютера, обрывая онлайн-встречу. — Почему ты пришла в разных сапогах? Это странно!

— Дура потому что. Опоздала я, понимаешь? — выдохнула, обнаружив в нижнем ящике замшевые ботильончики подруги. — По привычке ждала, когда заорёт кукушонок, забыв, что я его вчера практически обезглавила.

— Вы куда-то едете? Зорь, ты в первый же день суету в офисе навела! Степашку уволила, с дедовщиной закупщиков разобралась. Грубо, рьяно… Но я тобой горжусь… Почему одни должны пахать до ночи, а вторые – получать зарплату, не являясь сюда вовсе?

Моя подруга та ещё революционерка, но в душе. Где-то очень глубоко… Она скорее из тех, кто агитирует на бросок, а сама быстро строчит заметку в журнал. В силу своей работы ей не предстало скандалить и разбираться. Она — ларец слухов и тайной информации, чем порой я и пользовалась, работая на Козловского-старшего. Она — взрывающийся вулкан, но никто этого не видит. Опасная… Очень опасная и скрытая сила.

— Всё, я убегаю. Обувь верну завтра, домой доедешь на такси, с меня причитается! — кинула в подругу воздушным поцелуем и вылетела на площадку с лифтами ровно за секунду до появления Козловского.