— Пунктуальны, — он довольно кивнул, но не поднял глаз, продолжая что-то быстро печатать на телефоне. — Итак, пока мой секретарь не приехал, вы будете заведовать как рабочим расписанием, так и личным. Я отправил вам его на телефон.

— Откуда у вас мой номер? — достала гаджет ровно в тот момент, когда раздался звук входящего сообщения.

— Вы же сами позвонили в кабинет, когда решили презентовать себя в довольно агрессивной форме. А там есть определитель, и вы это знали. Зоря, не разочаровывайте меня. Вы только начали набирать очки… — в лифт он вошел первым, бросил спортивную сумку на пол и быстро снял пиджак, а после накинул его мне на плечи.

Боже, он огромный… Даже будучи в пальто, могла обернуться в него. В нос ударил терпкий мужской запах, пропитавший мягкий кашемир. И я поплыла…

— Вы всегда таскаете за собой своего секретаря? — ляпнула первое, что пришло в голову, потому что мне нужно было занять мозг и не думать о том, что становлюсь свидетелем стриптиза! — Я должна знать какие-нибудь подробности? К чему такая преданность? Массаж, советы по инвестициям, или, быть может, у вас более углублённые отношения?

Козловский ловко разобрался с пуговицами, отстегнул запонки и вложил их в мою ладонь, а после стянул и рубашку…

Я застыла! Кабинка лифта была слишком маленькой, чтобы отойти и разорвать это чёртово наваждение. Пялилась, как чокнутая. Кусала язык, только бы в этот момент не облизать губы и не выдать суеты своих мыслей.

Да он же был настоящим куском торта с вкраплениями из сочной вишни.

Крепкий торс, проработанные мышцы, упругий пресс, позволяющий вновь и вновь пересчитывать кубики, а после того, как его пальцы сжали ремень брюк, я и вовсе взвизгнула!

— Вы что задумали? Артур Львович, это просто неприемлемо! — буквы путались, образуя слова, которые Козловский априори распознать не мог, но степень моего возмущения его знатно повеселила. И что-то мне подсказывает, что теперь назло не остановится…

— Ну что? Линейку захватили? Будем высчитывать сантиметры в условиях скучного и явно затянувшегося совещания? Или поверим на слово, что мои параметры с лихвой соответствуют вашим требованиям? — внезапно его лицо оказалось слишком близко…

Слишком близко! Козловский тяжело дышал, то ли запугивая меня, то ли отвлекая, пока стирал расстояние между нами.

Вдохнула, но тут же пожалела… Замерла надутым шариком, наполненным его сладким ароматом. Артур царапнул носом по моему лбу, сдул выбившиеся пряди с лица и оскалился… И тут прозвучал металлический щелчок пряжки ремня.

— Чёрт! У нас с вами будут проблемы… — зашептала, отвернувшись к стене. Прижалась к холодной поверхности щекой, только бы сбить жар. — Определенно, будут проблемы.

И почему мне кажется, что Козловский делает это все специально? Мне срочно нужно в спортзал! Срочно! Выплеснуть все напряжение, стереть эту картинку из фильма для взрослых из своей памяти. Зажмурилась, затаила дыхание, вслушиваясь, как замедляется биение моего сердца.

Но этому засранцу было мало. Он внезапно прижался грудью, буквально впечатывая меня в стенку лифта. Тяжелые руки легли сначала на плечи, медленно продвигаясь все ниже и ниже. Огладили грудь, чуть замедляя эту пытку…

— Вы что? Вы что делаете? — взвизгнула я и попыталась его оттолкнуть, но Артур Львович стоял каменной стеной. Не сдвинуть.

Боже, что происходит?

— Ищу телефон. А вы что подумали… Опять взялись за свои гаденькие и извращенские мыслишки? Зарина, а по вам и не скажешь, что вы вся такая открытая к экспериментам, пропитанная пороком, — мой Босс вдруг перешел на шепот… Его губы едва касались уха, колючая щетина бродила по волосам, путалась в них, цепляя локоны. — Быть может, ты сама об этом не знаешь, но ты только намекни… И я сопровожу тебя в мир распутства.

Ладони с силой сжали грудь, а после распахнули полы пиджака, накинутого на мои плечи. И он отдалился, отдавая меня в плен холоду, пустоте и какому-то странному одиночеству…

Не дышала, наблюдая, как он медленно вытягивает из пиджака свой телефон, и щеки вновь вспыхнули.

Идиотка… Какая же я идиотка, что согласилась на него работать. Как хорошо было со стариком Львом Константиновичем! Спокойно, предсказуемо, даже порой невыносимо скучно!

Когда лифт открылся, Козловский взял сумку, потом мой локоть и оторвал от холодной стенки.

Я была расплющена и эмоционально подавлена. Его касания несли какую-то разрушающую силу! И мне нужно научиться с этим справляться, научиться противостоять его тихой агрессии, если я и правда хочу здесь работать. А я хочу!

У служебного входа уже стоял его корабль, Артур открыл пассажирскую дверь, усадил сначала меня, а после забрал свои вещи и бросил в багажник, чуть задержавшись, чтобы сменить туфли на кроссовки.

Я еле дышала, оборачивалась, но в отличие от меня Козловский выглядел так спокойно и хладнокровно, будто и не говорил мне пошлости пару минут назад.