— Янис пойдёт своим путём, — сказал Фредо, пока артист продолжал выступление под изумлённые взгляды зрителей. — У него есть всё, что нужно: отличная подготовка, большой талант и, прежде всего, страсть.

Мадам вспомнила, как сама впервые вышла на сцену. В маленьком деревенском театре каждый месяц проводили открытую сцену, где каждый мог выступить с чем угодно. Тогда ещё совсем юному Ойгену стоило огромного мужества появиться перед публикой в женской одежде, так что о самом номере он почти не думал. В итоге всё ограничилось любительским выступлением под полную фонограмму — песней Пегги Марч, которая встретила лишь сдержанный отклик публики.

— Будь я такой же одарённой, как он, сегодня выступала бы на больших сценах, — задумчиво сказала она, пока Янис в свободном падении стремительно летел вниз, чтобы в последний момент ловко остановиться перед самым полом.

— Мы оба не стояли бы там, — покачал головой Фредо. Затем он улыбнулся Мадам и добавил: — Но у тебя есть кое-что очень ценное. Твоё собственное варьете. Место, где ты каждый день можешь быть тем, кем хочешь.

Пока Янис под оглушительные аплодисменты кружил над головами зрителей, Мадам украдкой смахнула слезу. Как только Янис закончит своё выступление, она в последний раз выйдет на свою сцену.

Зрительские ряды, тяжёлый старый занавес, изношенный пол — ничто из этого в этот момент не казалось Мадам таким, каким было на самом деле. Напротив, всё словно сияло. В последний раз здесь вспыхнул блеск прошлого, слившись в едином порыве воспоминаний, прежде чем навсегда угаснуть.

— Мы стали старыми, Фредо. И ты уже так давно один, — сказала Мадам. — Ты хочешь умереть в одиночестве?

Фредо удивился неожиданному вопросу. Он отложил сумку с ножами и обнял Мадам.

— Что ты такое говоришь? — сказал он. — Кто одинок? И кто собирается умирать? Сегодня мы все вместе. И сегодня мы живём!

— Ты прав, — ответила Мадам и выпрямилась. — Сегодня мы живём.

Пока они улыбались друг другу, Янис после впечатляющего выступления вернулся в ту же позу, с которой начал несколько минут назад.

Когда музыка закончилась и раздались аплодисменты, Мадам тихо вздохнула.

— Приготовься к финалу, — сказала она Фредо.

Руфус и Дафна сейчас тоже выйдут из своих гримёрных, чтобы подготовиться к финальному поклону.

— Давай насладимся этим вечером вместе, — сказала Мадам. — Мы сегодня были хороши. А когда все уйдут, мы выпьем вместе. Жизнь коротка.

Когда Мадам вышла на сцену, чтобы с воодушевлённой заключительной речью проводить Яниса, Фредо яснее, чем прежде, почувствовал, что с ней что-то не так. Неясное чувство печали медленно поднималось в нём. Его семья в Румынии была очень суеверной и воспитала его соответствующим образом. Глядя на Мадам сквозь занавес, ему показалось, будто рядом с ней идёт приближающаяся смерть.

И Мадам, казалось, это чувствовала.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 49

Было уже поздно, но никто из них в ту ночь не мог по-настоящему уснуть. Когда взойдёт солнце, наступит последний день серии убийств, которая годами держала в напряжении полицию и население и стоила жизни многим невинным людям.

Керн сделал всё возможное. Хотя дело считалось полностью расследованным, он вместе с Фукс и своей следственной группой снова и снова просматривал все материалы, чтобы, возможно, всё-таки найти решающую зацепку, указывающую на преступника. Однако личные проблемы Керна были слишком серьёзными. Они настолько поглотили его, что работа пострадала. Через несколько часов, пытался он себя успокоить, прокурор всё равно подпишет документы, которые сделают его интуицию и его обычно столь упорное чутьё ненужными. И он признался себе, что почти благодарен Тассило за это.

Руфус за весь вечер не произнёс ни слова о том, что Mes Amis на следующий день уже не откроется. Он молча сидел рядом с Мадам у стойки и наблюдал, как она разливает бесплатные напитки артистам и гостям. При этом он думал о том, как как можно скорее показать Тассило запись с гильотиной, на которой он сможет продемонстрировать ему то, что не мог сделать на сцене. Идея, которая в итоге пришла ему в голову, ему понравилась. Тассило будет им гордиться.

И Кастелла, и Карл фон Штайн легли спать очень поздно. Оба были согласны, что сделка с Тассило — последнее средство, к которому они хотели бы прибегнуть. Они ещё раз подробно обсудили, что до последней секунды будут пытаться предотвратить свой союз с массовым убийцей, который тогда обвёл их обоих вокруг пальца. Даже если это станет рискованным.