Фукс поставила локти на стол и подперла голову руками. С распущенными волосами она выглядела куда лучше, чем со строгим хвостом.

— Мы просто не можем быть другими. Пока в мире есть несправедливость, мы не успокоимся, — сказала она с лёгкой иронией. — У тебя есть братья или сёстры?

— Брат. Но мы давно не виделись. Он живёт в Канаде.

— А как насчёт твоей жены? Как вы познакомились?

Почему она спрашивает о моей жене?

Керн откинулся на спинку стула.

— На самом деле это очень скучная история. Мы знакомы со школы. Первая любовь.

Фукс просияла.

— Скучная? Не может быть. Рассказывай.

— Ну… она всегда была старостой класса. А я тоже хотел им быть. Но на выборах мне каждый раз не хватало одного голоса. И однажды я сделал ей предложение, от которого она не могла отказаться.

— Теперь мне стало интересно…

Керн на мгновение задумался.

— В школе были несколько парней, которые постоянно её дразнили, потому что она была из довольно консервативной семьи. Я просто предложил ей побить их, если она отдаст за меня свой голос.

— И она согласилась?

— Она до сих пор говорит, что да. Но я никогда этого точно не узнаю. В любом случае меня всё равно не выбрали. На этот раз мне не хватило уже двух голосов.

— А тех парней? Ты их побил?

— Скажем так… я попытался.

Фукс громко рассмеялась и сделала большой глоток пива, а Керн добавил:

— В общем, старостой я так и не стал. Зато с тех пор я был с Натали.

— Значит, у тебя в жизни была только одна женщина, — сказала Фукс и пристально посмотрела на него. — Я бы так не подумала.

Керн смущённо опустил взгляд, машинально взял письмо, лежавшее перед ним на столе, убрал его в карман и отодвинул нетронутый стакан воды.

— Думаю, вода нам сегодня вечером не понадобится. Или как?

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 24

Руфус вскочил так быстро, как только мог, и лихорадочно огляделся. Всё было на месте: камера, фургон, гильотина. Только Жозефины нигде не было.

Куда она могла уйти?

Паниковать было нельзя. Он заехал глубоко в лес. Раненая женщина вряд ли понимала, где находится; не исключено было, что она уже где-нибудь рухнула без сил. Руфус заставил себя поверить: не всё ещё потеряно.

Взгляд его снова упал на гильотину. На ней темнели красные капли крови Жозефины; видимо, во время борьбы рана на виске опять открылась. Он быстро осмотрел землю. Так и есть: кровь. Решительно он направился к фургону, открыл правую дверь и схватил кожаную сумку, лежавшую на пассажирском сиденье. Поспешно достал молоток — на нём по-прежнему были кровь Жозефины, её волосы и крошечные осколки кости. Затем, прихрамывая, медленно и осторожно пошёл по следу. Кровотечение у жертвы, похоже, и впрямь усилилось. На земле были хорошо видны тёмно-красные отметины.

— Раз, два, три — ищи! — крикнул Руфус в лес угрожающим тоном.

Начинало смеркаться. Нужно было найти Жозефину быстро, если он хотел без помех вернуться с ней к машине. Однако кровавые следы становились всё реже. Возможно, она прижала что-то к ране.

— Раз, два, три — я иду!

Чем дальше он отходил от машины, тем сильнее нервничал. Из-за ноги он мог двигаться только медленно. Да, она ранена — но что, если всё-таки доберётся до спасительной дороги?

— Руфус, Руфус, жирная свинья, тебя он скоро поймает!

На земле лежал один из чёрных туфель Жозефины. Босиком она могла идти быстрее, чем на высоких каблуках. Чуть дальше он нашёл второй туфель. И вдруг — шорох. Шаги, быстро удаляющиеся прочь. Руфус оскалился.

— Убегать нельзя! — крикнул он в ту сторону, откуда донёсся звук, и заковылял следом.

Его блестящий костюм был весь в листьях и грязи, цилиндр помят. Слегка пригнувшись, прищурившись, он двигался к своей отчаянно спасающейся жертве. И вдруг заметил ещё один кровавый след — тот вёл обратно к гильотине.

— Вот и хорошо. Беги домой. Тебя уже ждут.

Руфус не понимал, что могло заставить Жозефину вернуться туда, откуда она пыталась сбежать. За последние годы ему приходилось разбираться с разными накладками, но такого ещё не бывало.

Когда-то, ещё новичком, он однажды забыл отобрать у ассистентки телефон. По дороге она пыталась вызвать полицию. Если бы ящик, в котором она лежала, не глушил сигнал, та ошибка стала бы для него последней.

Руфусу редко везло в жизни. Только его «представления» до сих пор проходили без сбоев. Он не считал это знаком судьбы, но всё же наслаждался тем, что наконец-то нашёл дело, в котором ему так просто что-то предъявить.

И всё же он не мог понять, почему Жозефина вернулась.

Когда он услышал, как хлопнула автомобильная дверь, всё стало ясно.

Чёрт, машина!

Он побежал так быстро, как мог. В тот миг, когда перед ним снова мелькнуло голое лезвие гильотины, двигатель фургона уже завёлся.

— Не смей! — закричал он, когда машина тронулась.