— Во время прошлой войны оборотней, — буркнул Чарльз со своего места у стойки. В его голосе сквозило откровенное недовольство.

Я почти закончила раскладывать всё по местам, когда начали прибывать наши «пациенты». Йорген заводил их по одному.

Каждый следующий выглядел ещё более потерянным, чем предыдущий: немытые, шаркающие мужчины и женщины, которые ничего не говорили и не поднимали глаз от пола.

— Кто они, Йорген?

Йорген помолчал, будто собираясь с силами, прежде чем ответить.

— Это те, кто на тебя напал. Люди Виктора. Они и на наших накинулись, только далеко уйти не успели.

Те женщины, что напали на меня, были прилично одеты и умели водить машину. Люди, которых Йорген по очереди размещал по палатам, выглядели так, будто им и на эскалатор подняться не под силу.

Джина вышла из третьей палаты, скрестив руки на груди.

— Они под стражей?

— Пока не получим ответы — да, — ответил Йорген.

— Они не могут оставаться здесь вечно только потому, что ты на них злишься. Ни один из них не болен.

— Человечеству нужно быть защищённым от них, а луна уже близко. Ты хочешь, чтобы все эти неуправляемые новообращённые оборотни оказались на улицах?

— То есть твоя стая теперь принимает медицинские решения за них? А если что-то пойдёт не так?

— Ну а почему бы и нет? — Йорген пожал плечами.

— Мне надо поговорить с Мясник. — Джина развернулась и пошла обратно на главный этаж. Я осталась в коридоре с Йоргеном. Как только она оказалась вне пределов слышимости, он повернулся ко мне:

— Тебе совсем не стыдно, девчонка?

Я моргнула и отступила на шаг, не понимая, в чём меня обвиняют и что вообще стоит сказать.

Нас прервала Мясник, она вернулась вместе с Джиной.

— Мне это нравится не больше, чем тебе, Джина. Утром я спрошу у Консорциума. — Мясник пронзила Йоргена тяжёлым взглядом. — Будут ещё какие-нибудь сюрпризы сегодня?

— Вряд ли. — Йорген махнул рукой, словно охватывая всех нас разом. — Хорошего дня, дамы.

Мясник только фыркнула в ответ.

***

Я помогала Джине чем могла. Новые «пациенты» не произносили ни слова. Они шли туда, куда им говорили, садились, вставали, ложились, как послушные собаки. Но при этом в них было столько же желания жить, сколько в Уинтере, который лежал в палате дальше по коридору.

Пока Джина разбиралась с остальными, я осматривала первого. Померила давление, температуру, а потом вдруг осознала, что понятия не имею, какие показатели считаются нормой для оборотней. Когда термометр пропищал, я нервно потянулась и приоткрыла ему рот, надеясь, что он не цапнет меня.

У него были пломбы. Значит, он совсем новенький, такой же, как те оборотни, что напали на меня.

Не сводя с него настороженного взгляда, я переписала содержимое его карманов. Пальто, ботинки, ни кошелька, ни каких-либо документов, зато в кармане нашёлся флакон «Luna de Lobos». Я закончила всё как можно быстрее и выскользнула из палаты.

— Жутковато, — сказала Джина, встретив меня в коридоре.

— Откуда они вообще взялись?

— У одного из них был ваучер из Армори, — пожала плечами Джина. — Надо будет позвонить в несколько приютов, выяснить, откуда они. Не самая весёлая штука быть бездомным, а потом ещё и насильно втянутым в стаю.

Сочетание «Армори» и «Luna de Lobos» было именно тем, что мне нужно было услышать.

— Слушай, мне надо позвонить брату, — сказала я.

Брови Джины поползли вверх.

— Я и не знала, что твой брат…

— Твоя мама, мой брат — это из одной оперы, — оборвала я её. По крайней мере, прямо сейчас Тени всё ещё делали свою работу и оберегали его.

— Прости, Эди, — тихо сказала Джина с той самой эмпатией, которую может выразить только тот, кто сам застрял на смене в Y4 и понимает, каково это.

— Спасибо. — Я кивнула и побежала по коридору прочь.

***

добралась до раздевалки и набрала Джейка. Он ответил уставшим голосом, но всё равно остался собой.

— Привет, сестрёнка. Хочешь, сегодня приеду к тебе?

— Нет… пока не надо. Джейк, ты должен перестать продавать эту дрянь. Прямо сейчас.

Я слышала, как он ёрзает, шуршит тканью, наверное, устраивался поудобнее там, где ночевал сегодня, чтобы говорить потише.

— Это из-за телефона? Я понял, что забыл деньги, прямо когда уже сел в автобус…

— Дело не в этом. Совсем не в этом. — Я пыталась подобрать слова, которые его хоть как-то отпугнут. — В больнице были случаи отравления «Luna de Lobos». Эту штуку чем-то разбавляют, Джейк.

— Да брось. Я сам принимаю его каждый день.

Внутри у меня всё сжалось.

— А кто-нибудь из тех, кто продавал или принимал его вместе с тобой, пропал?

Джейк издал задумчивый звук.

— Рэймонд до сих пор не объявился. Может, ещё кто-то. Но зимой, Эди, сложно вообще кого-то найти.