— Когда другие Дома узнают… — Она покачала головой, будто изумляясь открывающимся перспективам, и на губах её заиграла жадная улыбка. — Они все будут передо мной в долгу. И, разумеется, я буду великодушна и предложу им пинту за пинтой замещающей крови. За символическую плату.

— А в тебе это всё-таки есть, — сказала я.

— Да, есть. — Она коротко, почти незаметно кивнула мне, словно подтверждая: мы с ней на одной стороне. — Так и быть, Тени, — уже громче произнесла она. — Ускорьте процесс. Рассвет близко.

Я подошла проверить, как там Рэйчел и Гидеон. К нам присоединилась Джина.

— Никогда не видела столько оборотней, — Рэйчел смотрела по сторонам с каким-то благоговейным ужасом.

— Рада, что Чарльза тут нет. У него бы случился припадок, — Джина скрестила руки на груди. — Скучаю по нему.

— И я. — Я перевела взгляд на Гидеона. — Ты в порядке? Тебе понадобится новая шляпа.

Гидеон поднял руку, продемонстрировал палец без «антенны», а потом показал большой палец, типа, всё нормально.

***

Ближе к больнице оборотни выстраивались в очереди. Там, где раньше они были опьянены «волчьей водой» и находились под контролем Дома Грея, теперь Тени брали ситуацию в свои руки, расставляя их в ровные ряды и разбираясь с каждым по очереди. Волна чёрной тени прокатывалась по ним: оборотни с искажёнными руками и мордами входили в неё, а выходили уже обычными людьми.

Выжившие бродили кругами, растерянные, не понимая, как оказались на холодной зимней парковке больницы. Потом они потихоньку расходились.

Некоторые не выходили из этой волны вовсе. Другие, лишившись звериной силы, теряли способность двигаться: один рухнул, как камень, и тут же раздался женский крик.

— Не волнуйся, — прогнусавило одно из кошмарных теневых существ, почувствовав мой взгляд. — Мы можем спрятать мёртвых.

— Это ужасно, — прошептала я.

— Хавьер! — снова закричала женщина.

— Чёрт. — Я заковыляла в ту сторону.

***

Лус держала Хавьера, а он хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Она дико озиралась по сторонам.

— Где мы? Как мы сюда попали? Что с Хавьером?!

О боже. Он умирал здесь, на холоде. Мы были слишком далеко от больницы, чтобы попытаться дотащить его внутрь. «Luna de Lobos», которую Лус дала ему без моего ведома, вернула ему ноги и исцелила позвоночник, но лишь на время.

— Лус, — начала я.

Не знаю, узнала ли она меня или просто почувствовала знакомый силуэт медсестры.

— Ты! Помоги ему! — Она качала его на коленях, а он синел у неё на руках.

— Я не могу. — Все экстренные службы исчезли. Техники разошлись по домам. Четыре медсестры, одна из которых только что слилась с ослепительным, осуждающим светом, явно не справятся с такой бедой.

— Он умрёт! — кричала Лус. — Сделай хоть что-нибудь!

— Тени? — Я опустилась на колени и стукнула кулаком по земле. В тени, отбрасываемой бетонным бордюром, мне ответили.

— Его время истекло. Мы исправляем порядок вещей, а не меняем судьбу.

Лус продолжала плакать и укачивать его.

— Сделайте что-нибудь! Быстрее! Я готова отдать за него свою жизнь!

— Ты правда это имеешь в виду? — Анна подошла бесшумно, но прозвучала так, будто рухнула каменная плита.

Лус уставилась на Анну, и в её взгляде кипела ярость пополам с отчаянием.

— Конечно!

— Ладно. — Анна присела на корточки и с силой прокусила собственную руку. Потом прижала окровавленные пальцы к губам Хавьера, он судорожно втянул воздух. Анна подняла глаза на Лус и протянула ей руку.

— Теперь с ним всё будет в порядке. Пойдём со мной.

Лус смотрела на окровавленную руку Анны, не понимая.

— Ты сказала: «Свою жизнь за его». Ты человек слова или нет? — Анна встряхнула рукой, и капли крови сорвались вниз.

Лус схватила её руку. А когда Анна отпустила, она большим пальцем провела по лбу Лус, оставляя кровавую полосу.

— Хорошо. Останься с ним пока. Я за тобой вернусь. — Она выпрямилась и пошла прочь.

Я поспешила за ней, но Анна заговорила раньше, чем я успела что-либо сказать:

— Мне нужна сестра, а не служанка. Я обращу её завтра ночью.

— Анна… Сайк нельзя заменить, как какую-то игрушку.

Анна резко остановилась.

— Я чувствую её потерю сильнее, чем ты. Ты просто чувствуешь вину, — бросила она, и от этих слов стало так, будто в грудь снова вонзили вампирский клинок. Но потом её лицо смягчилось, когда она посмотрела на меня. — Сейчас моё право — строить свой Дом. Я спасла ему жизнь, а девушка согласна. Такова цена крови.

Тут подошла группа вампиров, которых я смутно припоминала: это были те самые, что сегодня вечером подавали коктейли с кровью Анны во время её восхождения.

Анна жестом включила их в разговор.

— Обычно утрата такого количества драгоценной крови — преступление, караемое смертью. Но ты уже однажды проходила через суд, и мы обе знаем, чем он закончилось. Остаётся лишь одно подходящее наказание.

— Какое? — Джина встала рядом со мной, готовая защищать, будто собиралась броситься в бой.

Анна одобрительно ей улыбнулась, потом снова посмотрела на меня: