На мониторе перед Гидеоном начали появляться кадры. На них мужчина, очень похожий на Уинтера, ссорился в коридоре с кем-то в лабораторном халате. Разрешение камер было так себе, по губам ничего не прочесть.

— Чёрт, — выдохнула я.

— Я знаю, где это, — Джина ткнула пальцем в размытый металлический объект, занимавший половину кадра. — Узнаю эту убогую статую. Это у трансфузионного центра. Оборотни там бывают постоянно: сдают кровь, чтобы хватило на их «смертные» периоды.

— Наверное, он просто хотел сдать кровь, — предположила Рэйчел и, прищурившись, подалась вперёд. — С чего бы злиться из-за того, что тебе не дают сдать?

На экране стычка Уинтера с лаборантом продолжалась.

— А если он хотел не сдать, а забрать, — сказала я.

Гидеон переключил вид. Экран разделился на восемь квадратов, в каждом — сероватый пейзаж и снег. Он шёл не сильно, но ровно. И из метели к камерам тянулись чёрные тени.

— Это сейчас? — спросила я, и Гидеон кивнул. — Значит, «Триаж» закончился? Это пациенты возвращаются?

Гидеон не ответил. Он увеличил один из маленьких прямоугольников, и тот занял весь экран. Люди, бегущие к камере, совсем не походили на ту беспомощную толпу с костылями и ходунками, которую мы с Гидеоном встретили по дороге. Эти двигались быстро, уверенно, на двух ногах и на четырёх.

— Посмотри, как они бегут, — тихо сказала Джина. — Оборотни.

— Смектит и полевой шпат — это виды глины, — сказала Мясник у нас за спинами. — Твой брат продавал воду и грязь.

— Что? Да он расписывал это как какое-то чудо. И не только он: я ещё у одного оборотня здесь конфисковала пузырёк с этой дрянью. — Я вдруг почувствовала, как всё это складывается в одну жуткую картину.

Джина выхватила у меня листок и резко втянула воздух.

— Не может быть… — А потом застонала. — Он это продавал? И скольким?

— Не знаю. Говорил, дела идут отлично. — Пока я говорила, краска сползала с лица Джины. — В чём дело?

— Твой брат продавал воду из следа волчьей лапы.

— И что? — начала я, но тут же нахлынули обрывки прочитанного, обрывочные лекции, слухи, которые я когда-то отмахивала как бред. — То есть… все, кому он это продал… станут оборотнями?

— Это будет их первое полнолуние, — Джина наклонилась и постучала пальцем по экрану монитора. — Это они. Идут прямо сюда. Сейчас.

— Вода из следов — это старая байка. Старше меня, наверное. — Мясник обогнула стол дежурного поста и встала рядом с нами, вглядываясь в кадры. Мой собственный брат торговал «волчьей водой». Сейчас полнолуние. А сюда, к нам, стягиваются не только его клиенты, но и покупатели других «дилеров». В поле зрения камер всё больше фигур, они множатся с каждой секундой.

— Чёрт. А как быстро это срабатывает?

— Дело не в скорости, а в дозе. Всё зависит от того, сколько они выпили. — Мы все стояли, не в силах оторвать взгляд от экранов, и Джина покачала головой. — Кто, ради всего святого, вообще снабжал их этой дрянью?

— Сейчас это неважно. Мы тут как мишени в тире, ребята. Хватайте все транквилизаторные винтовки и столько боеприпасов, сколько сможете унести, — рявкнула Мясник. — Пора уходить.

ГЛАВА 49

ГЛАВА 49

— Зачем они сюда прут? — спросила я у Мясник, пока Джина с Рэйчел обшаривали тележки из изоляторов в поисках оружия и боеприпасов. В дальних палатах оборотни по-прежнему пытались вырваться наружу.

— Кто-то ими управляет, — ответила Мясник. Мы оба смотрели через плечо Гидеона на экран, где фигуры оборотней множились и надвигались всё ближе. Мне почти хотелось, чтобы он вырубил эту трансляцию.

— Но… почему сюда? Почему именно сейчас? — За спиной снова громыхнуло, очередной удар по стене от тех, кто рвался из палат. Слава богу, после истории с драконом стены укрепили. Слава богу.

— В этой больнице есть только три по-настоящему ценные вещи, — Мясник загибала толстые пальцы. — Кровь вампиров, кровь оборотней и гора наркотиков. Ставлю на то, что им нужны первые две. А почему сейчас? Кто знает. Может, потому что Тени ушли. Хотела бы я знать, как они про это пронюхали. — Мясник буравила меня взглядом.

— Если бы я проболталась, думаешь, была бы настолько глупой, чтобы вернуться сюда? — огрызнулась я.

Мясник хмыкнула.

— Чарльз не болтал. Он уже на Бермудах.

— Значит, тот, кто всем этим заправляет, сделал что-то такое, что спугнуло Тени. Но это не меняет того, с чем мы сейчас имеем дело, — нахмурилась Джина, возвращаясь к нам. — И знаешь, обидно, что ты мне раньше не рассказала.

Мне и правда было не по себе. Весь последний месяц я просто пыталась выкручиваться как могла. Я посмотрела на Мясник.

— Ладно. Пошли. — Моя старшая медсестра двинулась к двери. На экране компьютера оборотни уже добрались до дверей вестибюля.

— Стой! А как же кровь? Ты не можешь просто так позволить этим тварям её забрать!

— Мой главный интерес сейчас — сохранить свою шкуру и твою тоже. Я не для того столько прожила, чтобы сдохнуть вот так, — буркнула Мясник, заряжая винтовку дротиками.

Бросить всё и сбежать казалось неправильным.