— У Фореста полно своего дерьма, о котором стоит беспокоиться, и, учитывая то, в каком он сейчас состоянии, по твоим словам, сомневаюсь, что он сможет пробиться сквозь открытую дверь.

— Если твой брат хоть пальцем тронет тебя в ярости, я лишу его этой конечности, — отрезал Джордан.

Хартли вздрогнул от слов Джордана. И если меня насилие не заводило, то Хартли, очевидно, был в восторге, когда Джордан включал такого собственника. Надо признать, в этом что-то было. Не в самой угрозе расправы, а в том, как Джордан хотел владеть нами. До тех пор, пока он держит свое слово и не пытается запереть меня здесь, я буду охотно поддаваться его чарам еще сильнее, чем прежде.

Пока они вдвоем смотрели друг на друга — Джордан молча закипал, а Хартли находился на грани оргазма, — я стянул с себя свитер, брюки и боксеры, с радостью избавляясь от одежды. Обувь и носки я снял еще раньше. Быть голым дарило чувство свободы, особенно когда я привлекал к себе внимание двух мужчин в комнате.

Джордан взял со стола пустой стакан, наполнил его и сел на один из краев дивана лицом к нам. Мне хотелось дать ему возможность хорошенько разглядеть, как мы будем выглядеть вместе. Пока я думал об этом, Хартли скинул свою одежду. Я впервые видел его полностью голым, видел этого прекрасного мужчину без одежды. С едва заметным рельефом мышц и легкой растительностью, в которую можно было запустить пальцы, Хартли был прекрасен.

Обратного пути не было. По правде говоря, в тот самый миг, когда я переступил порог этого дома в тот вечер, чтобы приготовить ужин, я попался на крючок Джордана. А с Хартли, рядом с которым я чувствовал себя как дома, мне больше ничего не было нужно. Эти двое были для меня всем. Оставалось только надеяться, что ни один из них меня не уничтожит.

27. Хартли

Ну разве это не потрясающее положение? Не в буквальном смысле, по крайней мере, пока нет. Но то, что Вейл стоял передо мной голым и готовым, что Джордан наблюдал за нами так, словно мы были лучшим блюдом в самом изысканном ресторане, да еще и вдобавок ко всему в тепле — я был счастливым человеком.

Предположив, что Джордан хочет, чтобы ему все было хорошо видно, я посмотрел на диван, раздумывая, стоит ли сажать на него свою голую задницу или нет. Диван был отличным, и Джордан явно выложил за него кругленькую сумму. Но хотел ли Джордан, чтобы на нем остался отпечаток задницы? Насколько я знал, он вполне мог разгуливать тут голышом, когда оставался один, и постоянно сидеть на этом диване. Счастливчик, блядь, а не диван. Ту единственную ночь, что я провел здесь после того, как мы с Джорданом сошлись, я спал с ним в его постели. Голым. Единственный раз, когда я видел его одетым, это когда он выбирался из постели и облачался в костюм.

— Ты можешь сесть на диван, Хартли, — сказал он, словно читал мои мысли. Хотя если бы он действительно их читал, то услышал бы непрекращающийся внутренний лепет нервничающего человека. Я не был девственником. Для меня все это было не в новинку. Но рядом с Вейлом я буквально трещал по швам.

Я уселся на диван и тут понял, что у меня нет смазки. Джордан, истинный телепат, полез в ящик журнального столика и вытащил тюбик. Либо этот мужчина разгуливал здесь голым, развлекаясь в свое удовольствие, либо он предвидел, что будет кончать с одним из нас или с двумя прямо в гостиной. В любом случае, я был благодарен.

— Спасибо, — сказал я и взял у него смазку. Посмотрев на Вейла, я получил возможность вблизи и во всех подробностях рассмотреть его член. Он был твердым и толстым. Учитывая габариты его тела, член полностью им соответствовал. По крайней мере, это я буду трахать его, а не наоборот.

— Сколько пальцев в тебя нужно вставить, чтобы растянуть? — Я буквально разговаривал с его членом, поскольку тот находился прямо перед моим носом. Наконец я поднял глаза и обнаружил ухмылку на губах Вейла. Придурок.

Он повернулся, открывая мне великолепный вид на свою задницу. Она была упругой, мышцы перекатывались. Он медленно опустился, разведя бедра по обе стороны от моих, так что оказался у меня на коленях спиной ко мне. Он подался вперед, упершись руками в стол и полностью подставляясь. В такой позе я не чувствовал себя маленьким по сравнению с ним. Мне казалось, что я контролирую ситуацию, но в то же время даю эту власть и ему. Пожалуй, это было на пользу нам обоим. Мы могли отдавать и брать.

— Сможешь растянуть меня так?

— Ага, — прохрипел я, наконец позволяя себе прикоснуться к нему. Святое дерьмо, его задница была такой упругой. Я чувствовал, как напрягаются мышцы, когда проводил по ней ладонью. И кожа у него была гладкой. Если это сон, то я никогда не хочу просыпаться.