— Смотри не заставь меня пожалеть об этом.

Я повесил трубку. Вейл был в планах на сегодняшнюю ночь. Мне нужно было снова увидеть его перед собой. Как только он станет податливым подо мной, окажется в моих сетях, я займусь Хартли. Они были моими, и я не желал, чтобы они находились где-то еще, кроме как со мной.

Это было неправильно… неразумно… но мне уже абсолютно насрать.

20. Вейл

У Даны дома было двое больных детей и больная жена, моя сестра. Я надеялся, что это не я заразил его гриппом еще до того, как сам понял, что подхватил его от Джордана. Дана сказал, что мог подцепить его где угодно в клубе. Стояла зима. Это должно было случиться. И все равно я чувствовал себя паршиво.

Сегодня я подменял его в клубе, готовя ужин и изысканные закуски для посетителей. Поскольку это был вечер вторника, людей пришло меньше, чем в пятницу или субботу. Я все еще еле волочил ноги, когда вышел из здания на охраняемую парковку для сотрудников. Провести на ногах столько часов подряд было мало приятного, но я любил готовить для людей.

Обойдя свой грузовик сбоку, я резко замер. Там стоял Джордан, прислонившись к машине. Одна его нога была согнута, а дорогой лофер упирался в колесо. Руки были скрещены на темном шерстяном пальто. Я знал, что под ним костюм. Этот человек ничего другого не носил. Если бы я увидел его в спортивных штанах, то, наверное, упал бы со смеху. А его глаза, ну, они были устремлены на меня, отслеживая каждое мое движение.

Я не мог удержаться и пошел к нему. Сколько бы я ни воевал с самим собой по поводу того, стоит ли мне хотеть быть с ним, правда заключалась в том, что я хотел. Хороший он или плохой, Джордан был тем, кого я желал. Он был темным, порочным и целовался так, словно был рожден для этого.

А еще был Хартли, о котором я не мог забыть. Он был полной противоположностью. Милый, заботливый и нежный. Они были как день и ночь, и все же мне хотелось оказаться между ними, чтобы их руки ласкали мое тело, пока они собирали меня по кусочкам самым лучшим образом.

— Джордан, — поприветствовал я его, когда подошел ближе.

Он разнял руки и поднял ладонь, чтобы провести по моей щетине.

— Тебе нужно лежать в постели, а не работать.

— Со мной все в порядке. К тому же Дана болен. Мне пришлось его подменить.

— Я могу позвонить Дексену...

— Мне не нужно, чтобы ты пытался все контролировать. Если я посчитаю, что не справлюсь, я сам ему скажу.

— Ты прав. — Его рука опустилась, но недалеко. Она скользнула по моему предплечью, пока не нашла мою ладонь, и он мягко сжал ее. Было странно держаться с ним за руки. Он не казался парнем, который будет идти по улице, держа за руку своего возлюбленного. С другой стороны, я вообще не мог представить Джордана, идущего по улице, если только все вокруг не бросались врассыпную, уступая ему дорогу.

— Почему ты приехал? — спросил я.

— Мой дом пуст без тебя и Хартли. У меня все еще лежат лежанка Тахо и его корм.

— Я забыл забрать их, когда уходил.

Он оттолкнулся от грузовика, приблизив свое тело к моему так, что нас разделяли считанные сантиметры.

— Поехали со мной домой, Вейл. — Эти слова прозвучали скорее как мольба, чем как приказ.

— Почему?

— Потому что я скучаю по тебе.

— Ты сказал, что не хочешь, чтобы я был твоим.

Его глаза смотрели в мои, ни на секунду не дрогнув.

— Но ты ведь мой, верно?

Я мог бы сказать ему «нет», сказать, что не хочу иметь ничего общего с той жизнью, которую он ведет. Но это было бы ложью. Я хотел всего, но только если он не будет меня контролировать. Я хотел, чтобы он называл меня своим, потому что ему не все равно. Потому что ему нужно, чтобы я был в безопасности, и он не хочет, чтобы мне причинили боль. Потому что он хочет, чтобы я летал, а не сидел в клетке. Он был способен на это. Он отвез меня домой, когда я сказал, что ухожу. Будь на его месте Гил, меня бы впечатали в стену и заставили расплачиваться за попытку уйти.

Не было никакого смысла в том, чтобы сравнивать их. Джордан не был Гилом. Они оба творили беззаконие, но совершенно разными путями. Я не мог закрывать глаза на то, чем занимается Джордан, но в то же время это не происходило у меня перед носом, если не считать того момента, когда я увидел кровь на его коже.

— Вейл.

— Я буду твоим только в том случае, если и ты будешь моим.

— Вне спальни – в моем доме, где угодно – у нас будет баланс. Мы равны. Я не хочу тебя укрощать, Вейл. Я хочу, чтобы ты отдал мне всего себя.

— А что ты отдашь мне взамен? Я не приму ничего меньшего, чем всего тебя. Это не игра. Я не привык просто так оставаться с мужчинами. Если у меня появляется желание, я его удовлетворяю и двигаюсь дальше. С тобой я этого не хочу.

Я уже чувствовал слишком многое, чтобы это могло оказаться интрижкой на одну ночь.