Она не переживала из-за физики. Настоящим кошмаром был математический анализ, а одна мысль о предстоящем экзамене по химии вызывала желание разрушить что-нибудь — или хотя бы броситься на съедение медведям.

Ах, те счастливые дни — до того, как она поступила на химический факультет. Если бы можно было вернуться в те времена, когда она ещё считала себя умной…

Она уставилась на непонятное уравнение в тетради.

— Я не справлюсь, — выдохнула она. — Если я уже сейчас ненавижу математику и все эти науки, несмотря на профессоров и ассистентов, которым платят за помощь… как я вообще стану инженером-химиком?

Марко откусил тост.

— Если ты ненавидишь науку, зачем ты её изучаешь?

— Потому что школьный психолог сказал, что у меня есть способности к математике и химии. Явно солгал. Наверное, просто хотел поднять мне самооценку.

— Тогда смени специальность.

— Это ничего не меняет. Все хорошие профессии связаны с математикой.

Она отчаянно хотела нормальной жизни. Не такой, как у её матери — сидеть перед телевизором, одурманенной, без денег и без каких-либо стремлений.

Марко хмыкнул.

— Ты никогда не будешь счастлива, если будешь работать только ради денег. Делай то, что любишь. Тогда у тебя получится — и деньги придут сами.

Ему легко говорить. Ему никогда не приходилось считать последние деньги на еду.

— Я, например, люблю есть шоколад. За это платят?

Он не улыбнулся.

— Что делает тебя счастливой?

Любовь. Но сказать это она не могла. В школе не выдавали дипломов по безнадёжной влюблённости. Ей нравилось ходить по торговым центрам. Там тоже дипломов не давали — и это было обидно. Потому что между учёбой и магазинами Белла неизменно выбирала второе.

Денег у неё почти не было, но ей нравился запах новой одежды, нравилось ощущение, будто, входя в магазин, можно начать жизнь заново. Когда-нибудь у неё будут деньги — и она действительно сможет это сделать. Если, конечно, не провалит экзамены.

Мысли вернулись к главному вопросу.

— Я уже всем сказала, что поступаю на инженерный.

Одноклассники были впечатлены. Это звучало как гарантия успеха.

— Люди постоянно меняют специальности, — спокойно сказал Марко. — Выбери то, что тебе нравится. Знаешь, почему я хочу стать врачом?

— Потому что любишь колоть людей иголками?

Он проигнорировал её.

— Я хочу помогать людям. Хочу просыпаться и знать, что делаю что-то важное.

— И ездить на хорошей машине. Врачи же хорошо зарабатывают.

— Забудь о деньгах. Что тебе нравится? Чем ты живёшь? Что у тебя получается лучше всего?

Она задумалась. Единственное, что по-настоящему её увлекало, — мода. Она листала журналы, изучала образы, а потом пыталась воссоздать их в секонд-хендах — и даже сделать лучше. Она не могла просто зайти в «Нордстром[5]» и купить что-то готовое — ей приходилось изобретать.

Жаль, что не существовало специальности по импровизации. Это было единственное, в чём она действительно была хороша.

— Мне нравится мода, — медленно произнесла она, словно пробуя слова на вкус.

— Так иди в это, — уверенно сказал он.

— Но это очень конкурентно.

— Неважно. Если тебе это нравится — делай.

— А если я умру с голоду?

— Лучше так, чем быть сытой и несчастной инженером-химиком.

Она сменила специальность. Повернула свою жизнь в другую сторону. И всё потому, что он однажды в неё поверил.

Белла снова оглядела пристань. На пляже бегали несколько человек, но Марко по-прежнему не было. Она взглянула на часы: почти шесть сорок.

«Где он?»

Несмотря на тревогу, ей отчаянно хотелось его увидеть. Сказать, что именно его слова сделали её той, кем она стала. Что женщины носят её одежду — потому что он когда-то подтолкнул её к этому выбору.

По трапу спустился мужчина в костюме, похожем на форму метрдотеля, и заметил её.

— Простите, вы сеньорита Линд? — спросил он с сильным акцентом.

Первая мысль ударила, как холод: Марко не приедет. И этот человек здесь, чтобы сообщить ей об этом.

— Да.

Мужчина жестом указал на яхту.

— Поднимайтесь на борт. Сеньор Доусон снял для вас отдельную каюту.

— О… — она на мгновение растерялась. — Очень мило. А где он?

Мужчина снова приглашающе кивнул в сторону яхты.

— Он уже на борту.

Значит, она зря мёрзла на пирсе.

Белла поднялась по сходням, прошла за ним по палубе и поднялась на следующий уровень. Он провёл её по узкому коридору мимо ряда дверей и, наконец, открыл одну из них.

Свет уже горел. Уютная каюта, отделанная деревянными панелями. В дальнем конце — раздвижная стеклянная дверь и балкон с видом на океан. Стол был накрыт: скатерть, фарфор, меню на двоих.

Белла ожидала увидеть Марко.

Комната была пуста.

Мужчина указал на стол:

— Присаживайтесь. Изучите меню. Киш с лобстером[6] очень хорош. Рекомендую.