— Я вышла подышать свежим воздухом, — ответила я, паника вынудила меня на глупую, ненужную ложь. — Это красивый парк, и он не слишком далеко отсюда.

— Вы же не думаете, что я в это поверю, правда? — его глаза сверкнули.

Чувствуя себя стеснённой, я скрестила руки на груди. Он понял намёк и слегка отступил, хотя выражение его лица не изменилось.

— Зачем вы там были? — выпалила я в ответ. — Может быть, вы следили за мной?

Адвоката Дьявола, казалось, позабавило это предположение.

— Зачем мне это делать?

Что-то во мне надломилось. Возможно, всё дело в его веселье по поводу моей ситуации. Возможно, у меня просто лопнуло терпение. В любом случае, слова сорвались с моих губ прежде, чем я смогла их остановить.

— А почему бы и нет? В конце концов, все остальные следят за мной. Вы, наверное, ждёте не дождётесь, когда кто-нибудь выскочит из тени и похитит меня. Это сделает ваш день, — я изменила тон своего голоса. — Пусть похитят фею кайфа. Но не говорите ей, что её жизнь в опасности, чтобы она могла подготовиться или защитить себя. Она не так уж важна. Она — расходный материал, и из неё получится отличная приманка.

Судя по выражению его глаз, я искренне удивила этого мужчину.

— Директриса сказала вам, почему вы здесь?

— Нет, — практически прорычала я. — Я сама до этого додумалась. С небольшой помощью одной или двух фей, которые здесь работают и которые ещё не законченные придурки. В любом случае, я не такая дура, какой вы все, кажется, меня считаете.

Он внимательно наблюдал за мной.

— Я не считаю вас дурой, мисс Сойер.

— О, понятно, — произнесла я с явным сарказмом. — Значит, вы просто думаете, что моя жизнь менее важна, чем чья-либо ещё. Большое спасибо. Приятно это знать.

Он зашипел себе под нос.

— Я так не думаю, — пробормотал он себе под нос, прежде чем встретиться с моим сердитым взглядом. — Этот план был не моей идеей. Я отговаривал от него. Я бы категорически запретил это, если бы всё не было начато ещё до моего вчерашнего визита. В этом офисе происходит много вещей, которые противоречат как сложным правилам, так и простой морали. Как вы думаете, почему я вообще провожу аудит?

— Откуда, чёрт возьми, мне знать? Я предположила, что это может быть как-то связано с пятью пропавшими крёстными феями, — я расправила плечи. Мне следовало догадаться, что он попытается отрицать свою причастность. Зачем кому-то признаваться в таких вещах? — Вряд ли я та, к кому можно обратиться за информацией!

— Вам следует успокоиться, мисс Сойер.

Ох, зря он это сказал.

— Успокоиться? Успокоиться, чёрт возьми? Меня используют как грибную приманку для какого-то ублюдка, которому нравится резать на кусочки крёстных фей и отправлять их по почте специальной доставкой, а ты предлагаешь мне успокоиться? Ты снисходительный болван!

Он моргнул. Я не предполагала, что кто-то когда-либо осмеливался называть так Адвоката Дьявола. Однако теперь, когда я начала, все мои сдерживаемые эмоции вырвались наружу, как неуправляемый паровоз. Их было не остановить. У меня окончательно отказали тормоза.

— Почему вы все не пытаетесь найти похищенных фей? — потребовала я. — Почему кто-нибудь ничего не делает для этих бедняг, вместо того чтобы играться со мной? Это лучшее, что вы могли придумать? Предложить меня, как какого-нибудь жертвенного ягненка?

— Мисс Сойер… — натянуто произнёс Адвокат Дьявола.

— Я имею в виду, что, похоже, никого не волнует, что у Лидии Дюшан теперь недостаёт одного уха. Вы все слишком заняты тем, что поздравляете себя с вашим гениальным планом.

— Мисс Сойер, не могли бы вы помолчать минутку и дать мне сказать…

— Что произойдёт, если он не клюнет на приманку? Что произойдёт, если он вместо этого отправится за какой-нибудь другой крёстной феей? Обвинят ли меня в том, что я недостаточно соблазнительная жертва? Потому что прямо сейчас ничто из того, что вы все делаете, меня бы ни в малейшей степени не удивило.

Адвокат Дьявола переступил с ноги на ногу.

— Саффрон!

Я замерла. Но продолжала сверлить его взглядом.

— Что?

Он указал на угол лифта.

— Садись, и я всё объясню.

Я скрестила руки на груди, готовая отказаться. Так продолжалось до тех пор, пока он сам не уселся в противоположном углу, вытянув свои длинные ноги и искоса поглядывая на меня. Я громко вздохнула и закатила глаза. Затем тоже села, прислонившись спиной к стенке лифта.

— Давай же, — ледяным тоном сказала я. — Объясняй.

Выражение его лица стало задумчивым. Я понимала, что он обдумывал, с чего начать. Каким-то образом, несмотря на мой кипящий гнев, что-то подсказывало мне, что это не потому, что он планировал солгать мне или каким-то образом манипулировать мной. Это потому, что он хотел быть абсолютно ясным в своих объяснениях, не упуская ни одной детали. Напряжение в моём животе немного спало.