'Внутри обитал один-единственный священник. Мужчина средних лет, источающий мягкую, сдержанную теплоту, облаченный в скромную белую рясу. Его нижнюю челюсть почти наглухо скрывала густая, светло-золотистая борода, а во взгляде светлых глаз плескалась кристально чистая, непорочная наивность.

'По его словам, это святилище воздвигнуто во славу самого Создателя. И вход сюда открыт для любого создания, к какой бы расе оно ни принадлежало, и какому бы богу ни било поклоны.

'Едва он обронил это, как в моей памяти воскрес давний вопрос. Если вынести за скобки ортодоксальную семерку, все прочие культы безжалостно клеймятся ересью, и возводить им храмы в открытую — затея немыслимая. Исключение делается лишь для Первозданного Творца. Вот только парадокс в том, что за всю историю так и не зародилось ни единой Церкви в Его честь, да и сами часовни встречаются реже, чем падающие звезды!

'В самом центре этой каморки возвышался донельзя аскетичный алтарь, на котором покоилось изваяние мужчины, взвалившего на спину тяжелый крест. Судя по всему, это и был тот самый идол Создателя.

'Устроившись в первом ряду, я завязал непринужденную беседу со священником. И он щедро осыпал меня байками, в корне расходящимися со всем, что я слышал прежде.

'По его преданиям, на заре времен, когда род людской только-только делал первые шаги, небесами, землей и океанами безраздельно правили гротескные, обезумевшие от жажды крови бестии. Именно из этого первобытного хаоса впоследствии и вылупились драконы, гиганты, эльфы вкупе с прочими расами.

'Эти монстры, слепо потакая собственным животным порывам, сеяли тотальное разорение повсюду. Казалось, еще чуть-чуть — и они сотрут этот мир в порошок. Но в этот самый критический миг Создатель воспрянул ото сна. Он безжалостно вырвал из них все дарованные ранее паранормальные таланты и сокрушительную мощь, щедро перенаправив эти дары роду человеческому.

'После чего Он вновь погрузился в вечный сон, оставив после Себя лишь одно пророчество:

'«Когда же первобытное безумие, зверская жестокость, алчность, порочная вседозволенность, ледяное равнодушие и неутолимая жажда крови вновь захлестнут земную твердь, Он восстанет из небытия и заберет всё до последней капли».

'Выдав эту тираду, священник намертво стиснул в кулаке свисающий на груди крест и зашептал беззвучную молитву.

«Подобная мифология в корне ломала любые ортодоксальные каноны. В этих россказнях крылась целая бездна интригующих деталей, над которыми стоило бы хорошенько поломать голову. До одури занятно».

'Пятнадцатое октября. Уже сутки как вернулся в Трир, и лишь сейчас до меня дошло: я же так и не удосужился выпытать имя этого пастора!!

«Да и черт с ним, шанс еще подвернется. Моя мужская интуиция железобетонно вопит: я еще непременно загляну в эту часовню».

«Да это же вылитый, пускай и изрядно обтесанный миф Города Серебра! Аккурат хроники заката Второй Эпохи и зари Третьей… А этот пастор, погляжу, владеет поистине сокровенными знаниями. Или, вернее сказать, ложа, веками бережно передающая эти предания из поколения в поколение, знает куда больше, чем кажется…» — Клейн легким усилием воли заставил дневник бесследно раствориться в воздухе.

Плавно вскинув голову, он устремил взор на леди «Отшельника»:

— Говори.

«Отшельник» Катлея незамедлительно склонила голову:

— Достопочтенный господин Шут, мне бы хотелось узнать: где именно обрели свой последний приют душа и дух великого императора Рассела? На том самом первобытном острове, или же в бездонных пучинах звездного неба?

'На том самом острове? Том самом забытом богом клочке суши, что поглотил Грина и вверг в ступор самого императора? Стало быть, на закате дней Рассел уделял этому месту поистине маниакальное внимание. И даже юная «Королева Мистики» Бернадетт успела почуять неладное…

А что кроется за «звездным небом»? Астральный мир? Или же иные планеты? Выходит, Рассел в своих выходках настолько опережал эпоху, что родная дочь всерьез заподозрила в нем пришельца из космоса?

Звучит, конечно, донельзя абсурдно, но при этом безупречно логично. Как-никак, львиная доля научных выкладок уже железобетонно доказала: наш мир — лишь планета, солнце — заурядная звезда, а за ними раскинулся бескрайний, таящий в себе мириады звездных систем космос… И как мне прикажете выкручиваться? Вывалить правду о переселении душ я не вправе, но и отмолчаться не выйдет…' — Клейн погрузился в секундные раздумья, после чего с мягкой улыбкой покачал головой:

— Ни там, ни там.

Глава 892 У каждого свое «понимание»

«Ни там, ни там…» — «Отшельник» Катлея мысленно перекатывала на языке ответ господина Шута. Внезапно девушка поймала себя на том, что совершенно перестала улавливать истинный смысл своего собственного, только что заданного вопроса.